А хочешь подарю тебе звезду которая зажглась в зените

Рыженко Алла Борисовна: другие произведения.

Ну а вдруг зажглась ты зима? Ну а вдруг ты зима? Ледяная чума В безвоздушно-сердечном пространстве. Хлещут душу шторма, Заметая дома, В безрассудно-холодном шаманстве... Чертишь линию снов Криком северных сов, Шелком льдов обнимаешь за плечи. Чувствам - крепкий засов, Злых заснеженных псов По периметру будущей встречи... Колких слов ледопад... Двух сердец перекат... Не дышать, так хотя бы забыться. До предела зажат Остывающий ад. В зоне "янь" - ледяные границы. Ну а, может, ты май? Мой шагреневый рай В журавлино-заоблачной дали. Приласкав невзначай, Улетаешь за край, Оставляя бутоны печали. Долгожданной грозой Разрываешь покой. Отвергаешь мольбы и молебны. Снегом, талой водой, Позовешь за собой. Мне бы только душой не ослепнуть. Возвращайся с небес, Ангел мой или бес, Привыкаю к тебе понемногу... Пусть не будет чудес, Но с тобой или без Расцветет первоцвет у порога... Галерея Иллюзий Приглашаю тебя посетить Галерею Иллюзий. Вход открыт для того, кто пока не умеет летать. Здесь звучат вперемешку Вивальди, романсы и блюзы. Здесь ты можешь легко отыскать для себя благодать. Оставляй в гардеробе поношенный смокинг сомнений, Сшитый кем-то на вырост, совсем уже узкий в плечах. Мы с тобою давно разгадали закон притяжений. Заходи, я тебе почитаю стихи при свечах. Полетаем с тобой на огромной косматой комете. Не беда, что сгорит, нас согреет небесный огонь. Здесь сбываются сказки о вечном, прекрасном сюжете, И спускается счастье синицей тебе на ладонь. Посетим каждый стих, где разлука стоит под запретом, Где нет ссор и обид, недоверия, слез и грехов. И вернемся с тобой в наше самое первое лето В Галерее оживших Иллюзий и сбывшихся снов. Три жизни назад Три жизни назад у тебя были крылья. Носила их просто, почти невесомо. Слегка посыпала серебряной пылью, Когда на балкон выходила спросонок... Ты прятала крылья от мокрой погоды. Сердилась смешливо на будничный дождик. По нотам играла закаты, восходы, Раскрыв над собою оранжевый зонтик. В бокале смешав тишину ожиданий С весенним нектаром пьянящей сирени, Ты верила в точность небесных гаданий, Неловко крылом укрывая колени. А ночью летала легко, без опаски, Беспечно, сияюще и быстрокрыло, Над городом сонным, над миром из сказки... Как жаль, в этой жизни ты все позабыла. Отзовешься? Отзовешься, когда позову? В темноте, в суете, наяву, В сновидениях, хрупких мечтах, Сгоряча, наобум, впопыхах! Обернешься, когда позову? В день, когда отпускает листву В путь печальный холодный борей, На краю затяжных ноябрей. Улыбнешься, когда позову? В миг, когда напоследок блеснув, Растворится в закате звезда, Нам с тобой рандеву нагадав. Ты услышишь, когда позову? Прошепчу, прокричу в синеву... На границе миров и времен, Снегопадом, струистым дождем, Светом лунным на темном окне, Ты вернешься однажды ко мне... Там и Здесь Там - зима убаюкала мой остывающий город. Постелила постель, торопливо зовет на покой. Там - спросонья в окно улыбаются мудрые горы, И луна прижимается к окнам морозной щекой. Здесь - октябрь-лицедей наряжается в лучшие платья. Хризантемы бесстыдно сверкают, любуясь собой. По зеленому полю пройдя восхитительной гладью, Расшивает осенние шали незримый портной. Там - на тонких ветвях осторожный испуганный иней. Рассыпается снег хороводом искристых огней. Время долгой зимы там свернулось упругой пружиной. Воздух замер в мерцании звезд и резных фонарей. Здесь - рассвет гладит крыши домов, словно спину котенку. Прячет позднюю кисть захмелевший к зиме виноград. Здесь - в ночной тишине с безоглядным упрямством ребенка Раздает обещанья удачи шальной звездопад. Все сомнения прочь, словно суетный мусор отбросив, Я сама разделила свой маленький мир пополам. Здесь со мной безмятежно-прекрасная светлая осень. Только ноет душа за холодный, заснеженный "Там"... Что прошло, что сейчас, что потом... Ты сидишь в окружении грёз о волнительном мае. Солнце греет ладони последним усталым теплом. Шепчет осень о чём-то, быть может, на листьях гадает - Что прошло, что сейчас, и конечно, что будет потом... Что прошло... Череда расставаний, длиною в полжизни. Ярких встреч звездопады, сезоны прогорклых дождей. Мимолётное счастье судьба выдавала капризно То снежинкой в ладонь, то пожаром сентябрьских аллей. Что сейчас... Для тебя время будто бы остановилось. Только память услужливо ноты читает с листа, Исполняя знакомый мотив, улыбаясь вполсилы... Растворяется льдинкой в бокале твоём суета... Что потом... Тишина, одинокий, обыденный вечер. Но тебя не печалят грядущей зимы холода. Знаешь ты - впереди долгожданная главная встреча. Помнишь, вы обещали тогда: "Навсегда? Навсегда!" Маленькая история Стихи запивала бокалом сухого 'Мерло'. Качала ногой в ярко-желтом пушистом носочке, Толстенной иглой пришивая второе крыло. Нельзя же летать на одном, да еще в одиночку... Вздыхала с тоской под назойливый шепот часов: - Ведут в бесконечность... Что толку в болтливой жестянке? И верила свято в реальность чудных парусов, Которые алым окрасят прибой спозаранку... А рядом текла бесконечность с названием "Жизнь", От сердца дарила то омуты, то перекаты, То в пропасть бросая, а то в заповедную высь, Стакатто сменяя размеренным плавным легато. Стихи забывались с трудом, сочинялись легко. И так же легко, сохраняя святую наивность, Она убежала по лунным лучам босиком... А может, взлетела, откинув свою нерешимость. Хочу туда... Хочу туда, где солнце на закате Играет рыбкой в золотом пруду, Звон хрусталя на ближнем перекате, Ворчанье пчел в заброшенном саду. Туда, где лес почтенно отступает Перед сияньем медленной реки. Стремятся в небо пики иван-чая И невозможно сИни васильки. Хочу бродить по солнечной дорожке, Вбирая сердцем неба благодать, И стрекозе раскрытые ладошки, Чтоб отдохнуть присела, подставлять. Хочу туда, где миг ценнее злата, А каждый шаг длиною в чью-то жизнь. Туда, где солнце на краю заката Лучи роняет в маревую высь. Ты видишь? Ты видишь, осень наступила. Листва пожухла, день угас, И немудрёные белила Октябрь задумчивый припас. Раскрыто небо нараспашку Крылами перелетных птиц. Рассвет случайную ромашку Вложил тихонько меж страниц Осенней книги. Безотрадны Мотивы журавлиных стай... И по утрам еще нескладны Объятья стужи... Через край Струится время межсезонья... Смотри, прозрачные леса Дрожат от холода спросонья, И тяжелеют небеса... Скажи, Отец... Скажи, Отец, а мне на Землю можно? Туда, где спит в озерах Млечный путь, Луна скользит по звездам осторожно, Дыханьем ночи разбивая ртуть Застывших лиц зеркальных перекатов... Скажи, Отец, там можно быть счастливой? Ловить снежинок стайки языком, Читать стихи под шелковистой ивой, Бродить по теплым лужам босиком, И напевать мелодии закатов... Скажи, Отец, а можно быть любимой? Любовь земную пить взахлёб, как жизнь, Соединяя души воедино, Крылатым сердцем воспаряя ввысь... И просто жить... как я жила когда-то... Словно птица в смоле Словно птица в смоле, обреченная глупая птица, Я почти не жива, вера тлеет огарком свечи. В бесконечность меня подгоняет угрюмый возница. Греют стылые пальцы уставшие ждать скрипачи... Затаилась душа. Ей, дурехе, летать захотелось. Только крылья в смоле. Тянет вниз обстоятельства груз. Не сумела спасти, я любовь защитить не сумела... А ты знаешь, беда и разлука похожи на вкус. Впереди пустота безнадёжности и ожиданий. Застилает глаза одиночества сумрачный дым. Ни желаний, ни слез, ни смешных полуночных гаданий... И почти не болит. Может боль - поощренье живым? Про меня Когда-то я была не совсем послушным ребенком, Смешной малюткой с волосами цвета кармина. От подружек старалась держаться чуть-чуть в сторонке, Читала запоем сказки под кустом жасмина. И упрямо твердила маме, что курносый кролик Опять от Шляпника на чай прислал приглашенье. Мама смеялась над этими сказками до колик И давала для моего кролика печенье. Под чудесным жасмином жизнь протекала иначе. Взрывались мечты и сердца, возникали царства. В том мире девочки никогда-никогда не плачут, Даже когда выпивают горькое лекарство. Сейчас я сама мама, выросла давно из сказки... Моя дочь, сохраняя вполне серьезный облик, Без стыда опаздывая к обеду, строит глазки. А я всегда вижу, как мне, без всякой опаски, Из-за ее спины машет лапкой курносый кролик. Конец сказки Королевство мало в плечах, И дворец под коленкой жмет. И совсем не любовь в глазах, А искусственный серый лед. Мне скользить по нему пришлось Ровно тысячу долгих лет, Понадеявшись на "авось", Да на глаз твоих, честных, цвет. Но пробили часы финал. Белый конь стал смешным ослом, Фарсом глупым - чудесный бал, А карета - пустым котлом. Что казалось всего прочней, От неловких разбилось рук. Змейкой стал трехголовый Змей, И насквозь прогнил "кракатук". Видно, кто-то из нас сыграл В этой сказке чужую роль. В королевстве кривых зеркал Быть не может 'прямой' король. Город и Снег Город слёг... У него не грипп, у болезни он не в плену. Просто в городе выпал снег, так похожий на тишину. Просто белый пуховый шарф несомненно, ему к лицу. Лунный полоз скользит едва по замерзшему озерцу. И синичек затих квинтет на черемухе у крыльца. Кружева достает зима из серебряного ларца... Город спит головой на юг, призывая во сне весну. Просто в городе выпал снег, так похожий на тишину... Там, где... Там, где утром луна прижимается ласково к звездам, И баюкает их, прикрывая туманным плащом, Где для слова "прости" не известно значение "поздно", И где радуги арка увита кудрявым плющом, Там цветные мечты на ромашковом кружатся поле. Вы за бабочек их принимали, признайтесь, не раз. Под созвездием Лиры спокойно пасется на воле Неподкупный, капризный и быстрый, как мысли, Пегас. Там гуляют в ночи ненаписанных строк вереницы, Обнаженные чувства еще не оформленных фраз, Расставания, встречи, дожди, журавли и синицы, Заповедные тайны, изнанки души напоказ... Там столетий клубок целиком уложился в ладони. Хоровод прытких муз нереален, почти невесом... Там усыпан твой след лепестками махровых бегоний. Стайка звонких стихов над твоим примостилась крыльцом... Ангел спящих надежд... Ангел спящих надежд и забытых мечтаний Мимо окон проплыл, излучая тепло. Абрис крыльев, венец, акварель ожиданий, Предвкушение чуда за мокрым стеклом... Встрепенулась душа, не умевшая верить, И лампадку надежды зажгла от свечи. Захлебнулись косыми дождями потери. Отыскались от сказки чудесной ключи. Ветер тронул лады на небесной гитаре. Тишина всколыхнулась дыханием дня. Оставляя следы на седом тротуаре, Ангел тихо ушел, упованье даря... Просто жить! Предать огню все то, что до тебя. Прижать к щеке заплаканное счастье. Навеки стать той самой главной частью, В которой смысл. И даже век спустя Тебя найти, печалясь и любя. Пересчитать все звезды, воспарить, Дождем упасть к тебе на подоконник. Забросить к черту добрый старый сонник, А вещих снов сомнительную нить Смотать в клубок. И дальше просто жить И ждать тебя дыханьем на стекле. Стук сердца принимать за испытанье. Считать часы с начала мирозданья. Лететь к тебе на сломанном крыле, Сжимая мир до карты на стене... Мы с тобой обязательно встретимся! Мы с тобой обязательно встретимся Там, где тайны хранит первоцвет, Улыбается с неба Медведица И завидует, может быть, вслед.... Там, где утро щебечет синицею, И мурлычет котенком закат, Где становится грусть небылицею, Умножается счастье стократ... Где стихия стихов не разгадана, Где чудесные вещие сны. Ароматы ванили и ладана В предвкушении скорой весны... Где тропинки усыпаны вздохами По велению маленьких фей, И где озеро звездными крохами Угощает ручных лебедей.... Настроиться на лад осенний Настроиться на лад осенний, Попасть с дождями в резонанс, Застыть на краешке сомнений, И в тонком ритме сновидений Узнать потерянный романс. Теряя ноты, мысли, чувства, Скользить по лунному лучу, Впадать то в нежность, то в безумство От силы "грешного искусства"... Зажечь последнюю свечу. Настроиться на лад осенний. И вслед за желтою листвой, За стаей сказочных мгновений, Запретных сладких наваждений, Нырнуть в блаженство с головой. Настроиться на лад осенний. И плакать, и не знать стыда. Среди потерь и возвращений, Падений, взлетов и затмений В тебе остаться навсегда.... Осень Она была застенчиво-невинна, Стыдясь своих растрепанных одежд. Ступала тихо, медленно, незримо, Касаясь струн души, печалей меж... Смущалась от дыхания рассвета. Горели щеки алостью рябин, На том краю стареющего лета, Укутав плечи в охру и кармин. Плыла неторопливо по теченью, Роняя в небо платья лоскуты. Дарила грусть, немое восхищенье, Сжигая межсезонные мосты... Благословляла птичьи перелеты, Во след любовью стаи осенив. Вплетая в шум дождя цветные ноты, Листала Осень пасмурные дни. Ты хотел Ты хотел мимоходом вернуться в забытое "раньше"... Календарь не листай, дней ушедших уже не вернуть. Дней, в которых любовь, покрываясь вуалью из фальши, Все же как-то пыталась найти тот единственный путь, По которому можно бежать, не смотря на обрывы. Не обрывы страшны, а непОнятость крика души. Ведь любовь не спектакль. Ей совсем не нужны перерывы. И в нее не вернешься, кидая в фонтаны гроши. Да и будет ли толк - ворошить отболевшее "было"? Искра брошенных фраз не сумеет костер распалить. А ты знаешь, порой приходилось дышать через силу... Не пытайся связать до конца догоревшую нить. Не пытайся шагнуть в пустоту данных мне обещаний. Мы никто! Мы теперь ни семья, ни друзья, ни враги. Я тебя не люблю. Только ноет душа временами, Только гулкое эхо твои повторяет шаги... Привет, мой друг! Привет, мой друг, привет! Ну, как дела? А у меня опять болеет кошка, И отражают время зеркала. И воробей минуты, словно крошки, Клюет с ладони... Жду опять тепла... А ты, как прежде, весел и красив. С зонтом подмышкой, с радугой в кармане. Насвистываешь старенький мотив, Удачу не за хвост, не на аркане, За руку держишь. Вечный позитив! А я осталась там, где мы с тобой Выгуливали счастье на аллейке. Где небо заливалось бирюзой, Где заходилось сердце на скамейке От поцелуев... Там, где цвёл левкой. Все было с нами, точно! Не во сне! Я помню все, и запахи, и звуки, И тень твою смешную на стене. И не было ни боли, ни разлуки! Тебе пора? Ну что ж... Привет жене... Не грусти! Не грусти, дорогой... Скоро снова придет В наши души заступница-осень. Небеса загустеют, сентябрь-звездочет На ладони созвездия бросит. Может быть, облака улетающих птиц Позовут нас, бескрылых, с собою. Вальс прощанья тогда мы исполним на бис, Над закатом закружим листвою. Фонари, улыбаясь о чем-то своем, Покачнутся нам вслед отрешенно. Старый парк, омываясь смиренным дождем, Будет ждать беззаботных влюбленных До снегов... Не грусти, осень нам принесет Предвкушение радости встречи, Защитит от потерь, от земных непогод... Не грусти! Обними меня крепче! Секрет моей любви Секрет моей любви - в жемчужных облаках, Застывших высоко на краешке заката... В потерянном письме, не принятых стихах, В снежинке, на руке растаявшей когда-то... Секрет моей любви - в струящемся песке, Берущем на себя ответственность за Время. В последнем "до свида..." и первом "я прие...!" И в запахе дождя с оттенками женьшеня. Секрет моей любви - в беспечном мотыльке, Ожившем от тепла домашнего уюта. В молчании вблизи и плаче вдалеке, В расплывчатом мазке осеннего этюда. Любимый, не стремись секрет мой разгадать, А просто принимай его, как благодать... Дождь переносится на среду! "Дожди... А мне лететь во вторник В Париж на конкурс двойников!" - Ворчал негромко старый дворник, Гоняя лужи вдоль домов. "А мне во вторник на свиданье! Впервые в жизни! И дожди..." - Шептало нежное созданье, Букет цветов прижав к груди... "А мы стирать белье хотели. Как раз у Клавки выходной. А тут дожди среди недели" - Болтал Иваныч у пивной... От непогоды избавленья С надеждой ждали все вокруг. А на заборе объявленье Из ничего возникло вдруг... Колышет ветер-непоседа Со скромной надписью листок: "Дождь переносится на среду!" И подпись тонкой вязью "Бог" Мир моей тишины В мир моей тишины не ведут золотые дороги, И ворота в него не открыты залетным ветрам. Не построены мной до небес вековые чертоги, И с сумою не ходит бродяжка-судьба по дворам... Там нет робкого шелеста утренних заспанных улиц, Воркования нежного сизых смешных голубей. Там сомненья и вера на тысячу лет разминулись. Не заплаканы лики степенных седых витражей.... Там не льется вода на колеса изношенных мельниц, Да и мельницы время давно измололо в муку... Не слышны на скале завывания сосен-отшельниц, И не ждет алый парус Ассоль на пустом берегу. В мир моей тишины не крадется заря, воровато Собирая в карманы осколки разбитой луны. Там есть ты и любовь! Ну, а большего мне и не надо. Ты, любовь и мои разноцветные детские сны... Рыжий Ангел И не черный, и не белый... На крыше Что-то шепчет в темноту Ангел рыжий. Собираются слова в птичьи стаи И, прощально покружив, улетают... Город спит. Луна смеется сквозь тучи: "Тяжело наверно быть невезучим!" Ветер, словно ошалев, бьется в крылья. Плачет Ангел от тоски, от бессилья. Заслонился от небес рыжекрылый. Белых Ангелов укор опостылел. Рыжим вечно не везет, знаю с детства. Подкрадусь и сяду с ним по соседству... Помолчу, словами вряд ли поможешь. Шепчет Ангел в тишине: "Милый Боже, Я устал быть не таким, крыльям больно!" Шепчет Ангел тише: "Все... все, довольно..." И вздохнул с улыбкой Бог: "Эй, на крыше! А ты знаешь, я ведь сам ярко-рыжий. И веснушки на щеках и запястье. Вытри слезы, рыжим быть - это счастье!" Не отпускает тоска... Не отпускает тоска. Черной лапой колючей Тянет за горло меня в леденящую мглу. Там, в монотонной тиши, в суматохе беззвучий, Передо мной рассыпая забвенья золу, И улыбаясь в глаза, (разве можно иначе?), Но за спиной проклинает мою простоту... А наверху чей-то ангел заходится в плаче. Может быть, мой? Я душой ему слезы утру... И разрывая объятия горького вальса, Гребень тоски вынимаю из рыжих волос... Все еще плачешь? Прошу тебя, друг, не печалься! Видишь, душа растворяется тихо от слез... Видишь, по краю скользит, не надеясь остаться, Солнечный лучик, о бренности нас известив... Я разомкну эти черные колкие пальцы. Остановлю иссушающий душу мотив... Мой четверг Мой четверг заливают дожди... Занедужило небо смиренно. Прижимая ладони к груди, Улыбаюсь улыбкой блаженной. Что дожди? Ливни пролитых слез Иногда и сильнее и чаще. Только ветер - скрипач-виртуоз - Пиццикато выводит дрожаще По задумчивым лицам витрин И печальным заплаканным крышам. Что дожди? Падать с самых вершин Им не больно, и утром простывшим, Собираясь туманной волной, Растворяться в полуденной дрёме... Я не плачу... Лишь дождик шальной Сердцем бьется в оконном проёме. Мой секрет Я тебе расскажу свой секрет. Поделюсь, как ни с кем никогда! Где под солнцем горит огнецвет, Где кукушка торопит года, Где сливается море с землей, А туманы чуть-чуть солоны, Там, где выткано небо зарей, Где роятся волшебные сны, Там хранится мой главный секрет, Охраняемый ветром от птиц. Лепестками магнолий согрет, Невесом, словно трепет ресниц. Неподвластный ни тьме, ни годам... И хоть злится вокруг вороньё, Никому свой секрет не отдам! Лишь тебе... Это имя твоё! Мы жили предвкушением... Мы жили предвкушением друг друга. Ты - в Тридевятом царстве, я - в стране, Где ночь длинной в полгода, снег и вьюга, Где свет звезды на ледяном окне Царапал колким почерком: "Надежда Ведет к тебе Любовь. Ты только жди!" И я ждала... А снежные одежды Смывали суматошные дожди... А ты в своем волшебном чудном царстве Нанизывал на ниточку года. Искал любовь в изученном пространстве И ошибался сердцем иногда... Но, оступаясь, поднимался снова! Не знал меня, но шел дыханьем вслед. Шептал молитвой два обычных слова: "Найду тебя!"... Надеждою согрет, И точно зная - чудо совершится - Пришел в мой мир заснеженной зимы... И зацвела под окнами душица, А ты и я соединились в "мы"... А можно я не буду умирать? А можно я не буду умирать? Хотя бы в той, последующей жизни... Там будет свет и Божья благодать, Улыбка неба радугой зависнет... Там будешь ты, не где-то, а со мной Пить суматоху торопливых будней. И нашей самой первою весной Ворвется в души ветер безрассудный. А по ночам - вдвоем слагать стихи Под светом звезд, стремящихся к покою. Секреты снов, полночной чепухи, Шептать дождям, прижавшись к ним щекою... Там будет жизни чистая тетрадь... А можно я не буду умирать? Сад Чуть-чуть колышет ветер лепестки, Ласкает плети шелковистых фуксий, Петуний пышных нежные цветки... Наполнен воздух флёром послевкусий. И время тихо пробираясь вдоль Кустов сирени и цветов жасмина, Казалось, шепчет: "Господи, позволь, На миг остаться здесь... Посередине Цветного царства, ароматов снов, Заветных слов, изысканных желаний. Остаться точкой в томике стихов, Дождем остаться... светом... облаками..." Это я! Это я к тебе солнышком вышла, Лепестки у фиалки считая... Это я на прогревшейся крыше Захмелела под ласками мая. Это я половинками радуг Небосвод над тобой застилаю. Это я завитком винограда На пороге домашнего рая Распласталась... И дождь синеглазый Мне доверчиво шепчет секреты. Это я - сумасбродство фантазий, Тайный знак уходящего лета. На ладонях осеннего ветра Улетающих птиц поднимаю. Драгоценными листьями щедро Расшиваю от края до края Сентябрей легкокрылых одежды... Я, на цыпочках в сон пробираясь, Засыпаю лучом безмятежным... Не принцесса Не принцесса я, увы, не принцесса. Ни короны, ни дворца, ни придворных, Ни кареты нет, и даже портшеза. Не могу смеяться-плакать притворно... Не знакомы короли мне и принцы. Их любви не знаю я королевской. Не оттягивают кольца мизинцы. Не гоняю верных слуг за подвеской. Не принцесса я, мой друг, не принцесса. И хрустальный башмачок мне не в пору. Не следит за мной ни свита, ни пресса. Не блестит мой светлый лик с 'луидора'. Не нужны мне ни дворцы, ни владенья. Ни к чему соблазны царского трона! Не боюсь мирской молвы, осужденья. Мне любовь моя дороже короны! Все так и будет! В который раз день начинался сразу с вечера... И в сердце билась тишина струной звенящей. А фотография луны в окне засвеченном Казалась ликом, с укоризною смотрящим... Вот шторы поплотней закрыть и чай покрепче бы... Накинуть плед и, как тогда, с тобой в обнимку, Шептать друг другу на своем смешном наречии, Ночь разделив на дольки рыжей мандаринки... Я знаю точно - все однажды так и сбудется! В четверг придешь ко мне с дождем, весну манящим. И улыбнется нам в окно луна-распутница. Настанет новый день! Счастливый! Настоящий!!! Соглашаюсь с тобой в молитве! Соглашаюсь с тобой в молитве, Открываясь навстречу свету. Не хожу босиком по бритве, Не ищу для стихов сюжеты, Не пророчу разлук зарницы, На престол возвожу доверье. Мне простое перо синицы Журавлиных дороже перьев. Хоть дорога к тебе длиннее Всех дорог прошлой жизни вместе, Мы остались на той аллее, Где вороны зашлись в протесте. Где настырный осенний ветер Нам пытался сковать запястья. Где дыханьем под лунным светом Согревали от стужи счастье... У любви нет полей для битвы! Срок храненья любви - бессрочен! Соглашаюсь с тобой в молитве. Я люблю тебя! Очень-очень!!! Ледяная сюита Душой зимы на ледяном окне В порыве страсти выведен узор: Дыханье леса в сонной тишине, Мерцанье снега, утренний минор, Молчанье гор и переливы снов, Бездонность чувств и отзвуки надежд, И звон стеклянный хрупких бубенцов, И трепет белых свадебных одежд, Цветов хрустальных вышитая гладь, Желанье чуда, ангельский полет... И тщетно сердце силится понять - Как может быть живым холодный лед? Недолог век у зимней красоты... Готовит солнце новые холсты. Не надо тоски! Любимый, не надо тоски, Промозглой сырой суеты, Где ангелы рушат мосты, Где рвутся сердца на куски, Где вышит разлукой закат, Тревожны и каменны сны, Гримасы ущербной луны, И льдинки на ветках дрожат... Любимый, доверься мечте! Сквозь хмурые лица дождей, Потоки вселенских страстей, Меня отыщи в пустоте, В далеком и жарком раю, На грани земли и воды, В аду, тусклом свете звезды, У бездны на самом краю... Я рядом! Не надо грустить! Любовь - это дар, благодать! Мы вместе сумеем порвать Условностей прочную нить. Ласкать тебя Ласкать тебя прерывистой строкой, В дыханье слов закладывая нежность. В стихах казаться грешной и смешной. И предвкушая встречи неизбежность, Открыть окно дрожащею рукой... Впустить мечтаний ярких череду И в кружева наряженные тени. И в полусне, в рифмованном бреду, Зажав виски, прижав к груди колени, Вдруг ощутить себя на тонком льду... Скользить к тебе, обламывая лед, В кровь обдирая душу и сомненья. Людскую зависть, яркость позолот Свести к нулю! С восторгом очищенья Продолжить строк безудержный полет... Имя твое Имя твое, имя твое повторяю, В вальсе кружа, в вальсе кружа над землей. Крыльям любви, словно тебе доверяю, Сердце мое, сердце мое успокой. Припев: Я тебя никому не отдам! Прогоняя любую беду, Я по еле заметным следам До тебя долечу, добреду! Будет весна, будет весна улыбаться, Встречу с тобой, встречу с тобой принесет. Музыка слов и бесконечного вальса, Наших сердец, нашей судьбы поворот. Припев. Имя твое, имя твое повторяю, В вальсе с тобой, в вальсе кружа над землей. Сердце поёт и от любви замирает. Знаю теперь - нас не разлучат с тобой! Припев. На нас надеется небо Если небо разделить пополам, Окажется, что половинки разные. Но это будет все-таки небо! Если нас с тобой разлучить, Не будет ни тебя, ни меня. И даже неба не будет. Кто-то поверит, кто-то усмехнется. Но однажды люди проснутся, а неба нет. И сразу поймут - это нас с тобой разлучили. Но разве можно жить без неба? Ведь птицам будет негде летать. Кто объяснит дождю, что ему неоткуда идти? Знаешь, нас нельзя разлучать! Потому что мы одно целое, И на нас надеется небо... На белой стене...А на белой стене посреди виноградных теней Притаилась душа и застыла, боюсь, что надолго. Мир казался чужим, мир казался упрямей и злей. И судьба приколола несчастную душу иголкой. А вокруг бушевали торги, продавались дворцы. Все делили рассветы, закаты, планеты и звезды. И звенели в веках на коронах одни бубенцы. И не думал никто, что потом уже может быть поздно. И не верил никто в слабый голос каких-то богов. Отбивались от них, как от глупой назойливой мухи. И зерно понимания в пыль без сомнений смолов, Пред собой рассыпали гнилое зерно показухи... И придется остаться немым мотыльком на стене, А вокруг так же будут плестись виноградные лозы. И завидовать будем чужой окаянной весне, Той где плачут по нам абсолютно чужие березы... Цвета дня Какого цвета у меня сегодня день? Рассвет был теплым от твоих улыбок. Они, как стайка золотистых рыбок, Разбили утра перламутровую тень, И в выжидающе прозрачной тишине, Чуть расплескав вино рассветной неги, Припорошили позолотой веки, Цветами солнца отражаясь на окне... День был раскрашен ожиданием тебя. Штрихи лазури, киновари, яшмы. Секунды плыли медленно, вальяжно, На сотню долгих лет один мой день дробя. И размывая мокрой кистью яркий цвет, Под вечер дождь, искуснейший художник, Придал картине завершенный облик, Нарисовал твой долгожданный силуэт. И встала радуга над будничным холстом, И все цвета смешались в круговерти. Отставим прочь палитры и мольберты! Я так ждала тебя.... Входи скорее в дом! Осень со вкусом рябины В небо с закатом карминным Птиц ожиданья отпустим. Осень со вкусом рябины И послевкусием грусти Встретим на тропке случайно Там, где деревья алеют... Осень с оттенками тайны Плачет на рыжей аллее, Кутаясь в яркие шали, Небу доверив секреты... Слезы осенней печали С привкусом прошлого лета Высушит ветер незримый... И улыбнется ненастьям Осень с горчинкой рябины И предвкушением счастья... Любовь - понятие бессрочное! Любовь - понятие весеннее? Любовь - понятие бессрочное! Двух душ единое свечение, Сердец биение полночное. Любовь - понятие безумное! Любовь - понятие рассветное! Гитары песни златострунные, И ласки... чуточку запретные... Любовь - понятие чудесное! Любовь - понятие безбрежное! Полеты вместе поднебесные, Паденья в омуты безгрешные. Любовь на части неделимая. Любви наука очень точная. Любовь - понятие счастливое! Любовь - понятие бессрочное! Осень поздних надежд Вдохновенная осень молилась за нас, Отпуская грехи и снимая печаль. И дрожащего неба нежнейший атлас, И туманной зари кружевная вуаль, Птичьей стаи прощальный и призрачный след - Все подернулось патиной прожитых лет. Слов молитвы не слышно за шумом дождя Листья, словно лампадки горят на ветру В нашу жизнь потихоньку, без стука войдя, Словно самый желанный и преданный друг Осень поздних надежд и несказанных слов Принесла нам любовь... намолила любовь! Город рыжих крыш (Посвящается городу Висмару, Германия) В городе с рыжими крышами - Чуткие гибкие улочки, Тумбы с живыми афишами, Сдобные сладкие булочки, Чайки смешные и смелые, Море с ручными медузами, Яхты печальные, белые Крутят любовь с сухогрузами. Ходят чудные шарманщики, Дарят мечту по билетикам. Пляшут в траве одуванчики, Вышита радуга крестиком. Пряничный домик на мостике Ждет продолжения праздника. Свинки подставили хвостики - Счастье приносят, проказники... Церкви высокие, древние Смотрят на всех с одобрением. Музыка, речи напевные Души наполнят смирением... Ласточки, ветром влекомые, В небо прозрачное взмывшие... Солнышко гладит ладонями Город под рыжими крышами... Нам с тобой зима приснится Нам с тобой зима приснится: В белом замкнутом пространстве - Заколдованная птица В нежном свадебном убранстве. Не согреешь, не надышишь Поцелуями сердечко... На стеклянной хрупкой крыше Ледяные человечки Чертят линии надежды. Ветер тихо подпевает. Вышиваем гладью снежной То, что снилось в теплом мае... Искололи грустью пальцы, Нитки болью окропили. У Судьбы сломались пяльцы. Платье птице не расшили... Сон растает светлой дымкой. Боль утихнет... Вдаль умчится Серебристой паутинкой Заколдованная птица... Подлость, как следствие слабости Подлость, как следствие слабости... Слабость - слепое оружие. В витиеватой лукавости - Колкие иглы бездушия. В томной и тонкой иронии - Лезвия лжи и спесивости. В моде, увы, церемонии И показные красивости... Да, неплохая методика - Сердце держать в меланхолии... Только надолго ли воздуха Хватит в бездушном безволии? Благоухают в реальности Красноречивые гадости. Слабость - не знак гениальности. Подлость, как следствие слабости... 'В резерве' Он рассыпался пред ней цветами, Молился часто, как на икону. И занавесив свой дом холстами, С нее пытался писать Мадонну... Но расплывались от страсти краски, Холсты крошились от вожделенья, От немудреной случайной ласки, От губ изящных прикосновенья... Пытался стать ей отцом и мужем, Подругой, братом и даже кошкой, Дождем, туманом, апрельской лужей, Зонтом от солнца, блестящей брошкой... Ее пытался извлечь из камня, Собрав в кулак и любовь и нервы. Но душу больно словами раня, Она сказала: "Побудь в резерве!" Счастье вдвоем! Нам разлука поёт безотрадные песни, Нас пытается мир разделить пополам. Наши сны ни о чём, и мечты легковесны, А душа и надежда по разным углам Разбрелись. И молчат друг на друга часами. И не видят, как бьётся меж ними одно Незаметное сердце... Земля с небесами Поменялись местами. Но нам суждено Полюбить этот мир, одолеть эти вёрсты, И ещё не одну жизнь прожить на двоих. Пусть разлука поёт, пусть взрываются звёзды. Я тебе подарю самый лучший свой стих! Я тебе напишу про рассветы, закаты, Про ручей и цветущий ромашковый луг, И про домик в лесу, где мы жили когда-то, И кормили оленей доверчивых с рук. И про счастье вдвоём. Разве это не счастье - Жить друг другом и знать, что так будет всегда! Пусть пытается мир разделить нас на части. Тот кто любит, того не страшат холода! На мосту Вздыхают доски от усталости На нашем стареньком мосту. И фонари, скорей из шалости, Бросают искры в темноту. Едва скрывая нетерпение, Не зная горя и стыда, Двух силуэтов отражение Размыть задумала вода. Соседка-ива утонченная, Всегда загадочно-грустна, Луны монетку золоченую Достать пытается со дна Но мы, друг другом ослепленные, Не замечали красоту. Самой любовью нареченные На нашем стареньком мосту... В вопросах личной жизни... В вопросах личной жизни мы все спецы и доки. Направо и налево советы раздаем. С огромным аппетитом мы уплетаем склоки, Которые сочатся через дверной проем. Мы впитываем сплетни, чужие наговоры... Потом их обсуждаем на ужин, под коньяк. А сами поплотнее задергиваем шторы, Чтоб не попасть на мушку бесчисленных зевак. В вопросах воспитанья элементарно фору Макаренко и прочим даём учителям. Но тщетно в детках ищем на старость мы опору, Всю пенсию смиренно меж внуками деля. "Философы скамеек", в вопросах мирозданья Мы лузгаем проблемы, как семечек стакан. Проводим у подъезда пустые заседанья, Или, сказать иначе, валяем дурака. Мораль стиха? Извольте! Все очень-очень просто. Мораль, она как ложка, у каждого своя. Но, все же прав был Павел, Евангельский апостол - Любовь всего превыше, основа бытия! Мир мечтаний Горизонт растекается плавленым сыром, Огибая границы ума и окрестностей. Управляю легко нарисованным миром, Состоящим из снов и условных погрешностей... Мир моих полуночных, дремотных мечтаний, Мир, наполненный счастьем и прочей банальностью, Где на сотни сложений - щепоть вычитаний, Где растаяла грань между сном и реальностью. Где доступны ключи от запретных желаний, Где нет дрожи в ногах, в облаках утопающих. Мир, тобой защищенный от всех замерзаний И докучливых лиц, из теней выступающих. Пусть пока этот мир нам обоим лишь снится. Горизонт не намазать на хлеб, не получится... На ладонь ко мне села смешная синица - Нашей жизни отныне чудная попутчица... Соберу лунный свет... Соберу лунный свет и сплету серебристые сети. Из колодца достану упавшую с неба звезду. Дотяну до тебя виноградные гибкие плети, И улыбка скользнет резвой рыбкой в притихшем пруду. Буду сетью ловить поцелуи, улыбки и встречи. Светом павшей звезды освещу твою тропку ко мне. Виноградным вином мы отметим наш ласковый вечер. Я тихонько спою, и Луна подпоет в тишине. Подыграет рассвет на звенящей восторженной арфе. Светлячок осмелев, пригласит на свиданье звезду. Дождь пройдет стороной, в черно-белом искрящемся шарфе, Зацепив рукавом задремавшую ветку в саду... И когда уходить нам настанет пора, улыбнемся! Я тайком тебе спрячу в карман половинку звезды, А вторую оставлю себе, в знак того, что вернемся! Лунным светом укрою твои на тропинке следы... Снова март говорит о любви (акростих) Солнце греет в ладонях весну На пригорке, меж первых цветов... Облака поменяв на блесну, Ветер ловит в реке окуньков. Ароматы весенних духов Март игривый деревьям раздал, А лиричные строки стихов Распевает густой краснотал. Трели птиц заключили в себе Голоса всех влюбленных земли. О надеждах, мечтах и судьбе, Все прекрасное в песни вплели. О любви снова март нам поёт. Ритм волшебный природе задал. И влюбленного сердца полет - Тайна жизни, начало начал! Опьянев от любви, дотемна Лебедь белый скользит на волнах. Юркой птицей-синицей Весна Беззаботно щебечет в сердцах. Веришь, нет ли, зови не зови, Избежать невозможно любви... Остаться... Остаться в этом дне, где только я и ты, Где небо на земле блестит в согретых лужах, Где радуга в глазах, а в небесах цветы, И ветер пьёт росу, и замирают души... Остаться в этом дне, где солнце на руках Уютно улеглось, мурлыкая котенком. Где время наших встреч в прохладных облаках Играет вечный вальс... И ты смеешься звонко... Вернуться в этот день, где мы с тобой вдвоём Остались на Земле, среди толпы прохожих... И жить потом года, жить только этим днём, В мельканье серых дней, на пустоту похожих... Дождь и Шарманщик Вместе с шумом дождя В дом вошло Ожидание, За собою ведя Тихой музыки свет. Я открыла окно, И шарманки звучание Черно-белым кино Мне прислало привет. Дождь шептал и шептал Заговоры старинные, И по краю зеркал Растекался строкой. И застыли часы... Только свечи каминные, Словно чуткие псы, Охраняли покой. И оставив меня За порогом звучания, Потихоньку браня Этот мокрый сезон, Мой шарманщик ушел, И грозы беснование За собою увел, Мне оставил свой зонт... Елене Ёлоховой (акростих) Если дождь прольется на твою тропинку, Ласковое слово для него найдешь. Ежевичным чаем каждую дождинку Напоишь, и станет ежевичным дождь. Аленький цветочек, роща за окошком. Ёкает сердечко, ждет оно чудес. Лучик солнца словно ласковая кошка. Ожиданьем сказки полон сад и лес. Хрупких нежных строчек глубина и сила - О любви, разлуке, про житье-бытьё... Вышивкой ажурной чудо сотворила, А сама в сторонку - я, мол, ни при чём! Над нами одинаковые звезды (акростих) Нам ни к чему бояться расставаний. Аллея жизни на двоих - одна. Два сердца в такт, без всяких обещаний! Нас не пугает прошлого стена. Алмазы звезд в небесной круговерти, Мазурка ветра, солнца янтари, И яркие лощеные мольберты Осенних красок колдовской зари, Дожди в четверг, свиданья под луною, Игра небес и моря торжество, Нам на двоих дарованы судьбою. А так же душ глубокое родство. Какие бы не предстояли зимы, Огонь любви в сердцах неугасим! ВЫсоких чувств прекрасные мотивы, Единство душ навеки сохраним! Забрезжит утро ласковой отрадой, Вернусь обратно из чуднОго сна. Едва ли станет нам с тобой преградой 'Зима' разлуки... Впереди весна!!!! ДЫшать тобой - мне большего не надо! 'На бис' Вы не трогайте сердце уставшее, Не клянитесь. Причем же тут Бог? А признанье, на жизнь опоздавшее, Как печальный, ненужный итог. Стала чайка обычной вороною. Нам уже не попасть с Вами в такт. Разминулись! А Лира с короною В шутовской превратились колпак. Не печальтесь! Подумаешь, бедствие! Будет новый восторженный друг. Только снова хвалясь и эстетствуя, Не стряхните свою мишуру... Оставайтесь под маской невинности, Вам к лицу этот милый каприз. Мою душу иголками вымостив, Вы исполнили номер "на бис"... Сложу картину... Сложу картину из крупинок счастья, Разбросанных в мелькающих мгновеньях. Сожму в ладонях трепетные страсти, И лунный свет в зеркальных отраженьях. Добавлю грусти несколько пушинок, Что нам оставит в сердце птичья стая. И шепот нежных трепетных осинок В предчувствии возлюбленного мая. Загадку тропок в радужной аллее Вплету в узор на солнечной странице, И романтичность белой орхидеи, И аромат весенней медуницы, Слепых дождей невидимые нити, И чудных снов внезапное явленье, Слиянье душ в таинственной сюите, И двух сердец единое биенье... Сложу картину из того, что будет, Того, что было, и о чем мечтаю... И попрошу Всевышнего о Чуде. И ты придешь! Я это точно знаю! Сон Ангела Белый Ангел на комоде, Тишиной укрывшись, спит. В светлой утренней дремоте Сладкий сон его парит. Бледный луч рассветной неги Распластался на стене, И подрагивают веки, Веки Ангела, во сне. Спит малыш... Пушинкой нежной Сон улегся на крыло. Акварелью тонкой, снежной Разрисовано стекло. Мотыльком упрямым утро Бьется в окна... Ангел спит. И на крыльях перламутром Хрупкий сон его лежит. Мы с тобою проснемся... Мы с тобою проснемся под шепот снегов В нашем теплом придуманном доме. Стихнет печки ворчанье, а блеск угольков, Словно яхонт на царской короне. На стекле тонкий след и дыханье зимы. Улыбается утро сквозь шторы. Над полоской туманной седой бахромы Млеют в дымке сердитые горы. Над столом - паучок, оробел на свету. Он принес новостей вереницу. Он сказал нам, что если поверить в мечту, Непременно она воплотится! Станет явью придуманный маленький дом, Наши руки коснутся друг друга. А над старым, уснувшим на зиму прудом, Вдруг весенне зальется пичуга... Мы с тобою проснемся от пения птиц В нашем теплом ухоженном доме. И напишем любовь! Еще много страниц В драгоценном семейном альбоме... Найди меня пораньше Я прошу, найди меня пораньше, Посреди мерцанья светлячков, Среди тьмы, раздвоенности, фальши, На границе лет, секунд, веков... Где-то между радугой и морем, Светом звезд и шепотом лугов, Ты услышишь - это априори - Голос мой средь тысяч голосов! Среди лиц чужих и безупречных, Томных взглядов, лести, нежных слов, Лживых чувств, любовей скоротечных, Ты найдешь ее - мою любовь! Поспеши, не трать напрасно душу. Не люби других, найди меня! Через жизнь, обиды, боль и стужу Я дождусь, любовь свою храня... Напишите стихи Напишите стихи о потерянной Вами Вселенной. Опишите пути, по которым брели до неё, Ошибаясь впотьмах, ударяясь о жизнь неизменно, И ругая сквозь зубы свое показное бытьё. Расскажите о всех совпаденьях и днях ликованья, О минутах отчаянья, злых поворотах судьбы. От простого, как дождь, и немого, как снег, созерцанья Вы дошли до Вселенной... Услышало небо мольбы. Зарифмуйте любовь, расставляя все знаки и точки. И всплакнёт прочитавший, себя между строчек узнав. На полях нарисуйте цветы, голубей, завиточки. А слезинку впитает услужливый мягкий рукав. Напишите в конце пару слов в назидание юным. Дескать, лучше храните что есть, и не надо терять. Улыбнитесь, мой друг, больно видеть таким Вас угрюмым. На столе пусть как раньше смутится от страсти тетрадь! Так давно не говорила о любви Так давно не говорила о любви. Целый час и, может, несколько веков! На минуту суету останови, Я скажу тебе... Из птичьих голосов Я свяжу тебе воздушно-белый шарф. Будет тонкий и затейливый узор. Осень, краски на палитре размешав, Нарисует нас с тобой. И тихий двор Нас поманит на скамейку в уголке. Посидим, прижавшись, молча под ветлой. И запишет Осень после в дневнике: "Целовались... романтично..." Милый мой, Так давно не говорила о любви. Целый час и, может, несколько веков! Я люблю тебя! Подарок мой прими - Белый шарф из звонких птичьих голосов... Возьму половинку осени... Возьму половинку осени, Которая ближе к лету, С дождями чуть-чуть раскосыми, И радугой, дивного цвета! Зеленые бусы августа, Фиалки лесной дыханье, Немного небесной благости С вороньим шальным ворчаньем. Шиповник, каштаны, яблоки В руках принесу из сада. Поющего вальсы зяблика, Лучистую гроздь винограда. Пригоршню жемчужин радости, Случившейся прошлым летом, Щепотку огня и сладости Приправлю фонарным светом. И с утренним первым лучиком Отправлю к тебе навстречу, С упругим дождем-попутчиком... И ждать станет чуть полегче. Улыбчивый Ангел Улыбка скользнула по краю подушки, Лучом золотистым расправила складки, Проверила - все ли на месте веснушки, Чуть-чуть задержалась в раскрытой тетрадке. Там стих! Новый стих про любовь и разлуку, Про то, что любовь полетела как птица, Сквозь бури, шторма, океаны и вьюгу. И жаром своим размела все границы! Улыбчивый Ангел коснулся неспешно Тетрадной страницы дыханьем рассвета, И строчки ожили... На ветке черешни Влюбленный скворец пел любимой сонеты... И время разлуки, из снов выплетая, С собой унесли добродушные птицы. Улыбчивый Ангел тихонько растаял, Оставив перо на раскрытой странице... Тогда... Тогда все было иначе, не так, как обычно, Тогда все было совсем по-другому, С ног на голову, неверно, вовсе алогично, Очень волшебно, почти невесомо. Мы шли по самому краю, но страшно не было! Было отчаянно, жгуче, маняще. Мечты стали жизнью, а сомнения - небылью. И ты был рядом, такой настоящий. А ветер жадно лакал туманное молоко Из огромного озерного блюдца. Звезды прыгали, играли в чехарду босиком, И мы слышали, как звезды смеются. Еще слышали, как вздыхает крайняя сосна - У нее нет силы стоять на краю. Ей снятся густая грива ковыля, тишина И степь, поклоняющаяся дождю. Я читала тебе свои наивные стихи. Они малиновками слетали с губ, Усаживались рядком на ветках старой ольхи. Как же хорошо на нашем берегу! И я увидела рождение новой звезды. Она родилась тогда в твоих глазах... Малиновки заливались на разные лады, И солнце растворялось в наших слезах. И сейчас тоже все будет совсем по-другому, Ведь в твоих глазах еще живет звезда! Ты не отпустишь ее гулять по небосклону, Эту звезду - свою любовь... Никогда! Ласковый вечер Ласковый вечер ляжет на плечи, Тихо коснется звонкой струны. Нас ожидают нежные встречи, Жаркие речи, шепот волны. Ярких созвездий спелые гроздья Ночь на ладонях нам поднесет. Знаю, разлука, незваная гостья, Нас не заметит, мимо пройдет... Ласковый вечер, теплый прибой. С неба струится свет золотой. Ангелы сказку напишут для нас Чудо свершится здесь и сейчас! Бросят под ноги шумные волны Свой серебристый лунный ковер. Нежностью души нам переполнит Вечер - кудесник и фантазер. Хрупкие крылья счастье расправит, В танце закружит над головой. Грусть ожидания льдинкой растает. Будем мы снова вместе с тобой! Ласковый вечер, теплый прибой. С неба струится свет золотой. Ангелы сказку напишут для нас Чудо свершится здесь и сейчас! Сердце не закрой. Дай мне веру, я к тебе за тридевять земель Прилечу без крыльев, только сердце не закрой. Пусть в дороге будут грозы, бури и метель, Мне не страшно, если вера полетит со мной. Я люблю, я живу тобой! Только ты свое сердце не закрой. Путь к тебе я найду душой, Только ты свое сердце не закрой. Дай надежду, лучик света в серой суете. Яркой радугой мечтаний вспыхнут небеса. На ладонях наше счастье принесу тебе, И свои глаза увижу я в твоих глазах. Я люблю, я живу тобой! Только ты свое сердце не закрой. И сады зацветут зимой, Только ты свое сердце не закрой. Дай любовь мне, я ее приму как светлый дар. Луч надежды, крылья веры и любовь со мной. На двоих - одно дыханье и одна судьба. Я всегда с тобою, только сердце не закрой! Я люблю, я живу тобой! Только ты свое сердце не закрой. Боль разлук утечет водой, Только ты свое сердце не закрой. Ты всегда со мной... Ты всегда со мной... Самое важное для меня - ты! (акростих) Словами невозможно передать, А сердце не услышишь, не прижавшись. Меж нами полземли и моря гладь, Остались где-то там рассветы наши. Еще ладони помнят сердца стук. В душе всегда горит огонь надежды. Ах, мой родной, ты всюду, ты вокруг! Живой родник любви, прощаний между. Неслышно время набирает ход. Обрывки лета скоро смоет осень. Едва ль кому-то в голову придет Делить любовь на "до", "сейчас" и "после". Любить не больно, если на двоих Янтарный свет души, одно сердечко, Мечта одна, один любимый стих, Единство чувств, как прежде и навечно... Нальется боль разлуки через край. Я здесь, одна... И я дождусь, конечно! ТЫ только поскорее приезжай! Я тебя никому не отдам! "Я тебя никому не отдам!" - Повторяю себе на беду. Я, по еле заметным следам, До тебя долечу, добреду! По камням, по осколкам мечты, Напрямик через звезды и тьму, Не боясь ни молвы, ни тщеты. "Я тебя не отдам никому!" Повторяя мотивчик простой, Сердце бьется с душою не в лад. Я дойду! Я увижусь с тобой, Даже если в душе камнепад! Даже если всего за душой - Ломтик веры с мечтой пополам. Я к тебе дотянулась строкой - "Никому я тебя не отдам!" Во сне Мы с тобою сегодня во сне Подставляли ладони под звезды, Чтобы там, в их небесной стране, Не пустели бы звездные гнезда. Чтобы Млечный исхоженный путь Был широкой и светлой дорогой, Чтоб влюбленных прощальная грусть Стала чистой, прекрасной, высокой. Чтоб волшебная звездная пыль Оседала на крылья, на плечи, Чтоб на многое множество миль В небе - крыльев фонтан каждый вечер. Чтобы, падая с неба, звезда Не боялась, что гаснет напрасно, И желаний за ней - череда, Каждый миг, каждый вдох, ежечасно... Мы с тобою сегодня во сне Подставляли ладони под звезды, Чтобы там, в их небесной стране, Не пустели бы звездные гнезда... Ты - мой мир! Ты все время сидел у меня на плече Светлым ангелом, перышком, снегом. Был искринкой на солнечном тонком луче, Звездным небом и лунным ковчегом. Ты незримо меня заслонял от обид, Обнимал легкой тенью за плечи. Посреди городских громогласных сюит Мне на ушко шептал каждый вечер: "Будет все хорошо, будет все хорошо...", Все вокруг наполняя покоем. Ты был сердцем, умом и моею душой, Тихим бризом и шумным прибоем. Я не знала тебя, но стремилась к тебе Через бури, туманы, торнадо... И теперь ты со мной! Наяву и во сне. Ты - мой мир и другого не надо! Не стану я... Не стану я печалью никогда, Ни вздохом, ни случайным нежным словом, Ни шагом в пропасть, острым краем льда, Ни пташкой робкой и ни птицеловом. Не стану воздухом, водой, землёй, Огнём по венам, шёпотом спросонья. Не стану выстрелом или петлёй, Не стану утешающей ладонью. Не стану я неверною тропой В прекрасное, но призрачное счастье. Чужой мирок под тонкой скорлупой Неловко не разрушу в одночасье. Но если вдруг тебе когда-нибудь Слезинка с неба поцелует щёку, Подумай обо мне, совсем чуть-чуть. Я далеко и всё ж... неподалёку. Мое счастье По тропинке в сосновом лесу На руках свое счастье несу. Станет узкой тропинка-змея, Птичья вспыхнет в лесу болтовня, Улыбнется задумчивый лес, А над лесом - дуга до небес! И наивный мотивчик простой Заструится над томной рекой. Подмигну золотистой сосне... Счастье дремлет, вздыхая во сне. Ничего не прошу у судьбы. Лишь одно - чтобы рядом был ты! Пора влюбляться! Пора влюбляться и писать стихи, Банальность фраз раскрасив в яркий цвет! Под слоем глупой, мелкой шелухи, Вдруг отыскав затейливый сюжет! Пора не спать ночами, до зари! Встречать смущенный палевый рассвет. Когда уснут под утро фонари, Читать любовью сотканный сонет. Пора навстречу души распахнуть, Впустить весну и вместе с ней любовь! Грустить не будем, разве, только чуть, Вплетем напевы грусти в нежность слов. Пора влюбляться! Всем наперекор Услышать зов, тоскующий вдали. Гитары тихий сонный перебор На том краю веснеющей земли... Я не прошу вернуться... Я не прошу вернуться. Это блажь... И только имя прошепчу в ладошки. Составил дождь за окнами коллаж - Аллея, парк, озябшие дорожки, И мы вдвоем... И мир один для нас. А стук сердец, как отзвук колокольный. И час с тобой, как жизнь, а жизнь, как час. Нет, я не плачу, мне совсем не больно. Я знаю, там, за много тысяч лет, Опять навек соединятся души. Небесной синью вспыхнет первоцвет И солнца брызги в ошалевших лужах... Я не прошу вернуться... Ты придешь! Разлука по себе отправит тризну. Я жду тебя. И пусть составит дождь Коллаж из наших следующих жизней. Доброе утро (акростих) Дышу тобой. Вдох-выдох - это ты! Обнять, прижаться... Больше и не надо. Безбрежный мир покоя и мечты... Разбудит утром легкая прохлада. Открой глаза... Губами сон гоню, Едва касаясь нежным поцелуем. Усладу ночи, утра суету, Тебе дарю, любуясь и милуя. Рассвет прильнул щекой к моим губам... О, ангел мой, как мало надо нам! Хочется... Хочется наговорить тебе море нежности, И прыгнуть в него головой вниз с самой высокой скалы. Хочется проиграть тебе, спрятав в рукав все козыри, И выполнить все твои желания, даже невыполнимые. Хочется спрятаться где-нибудь и сидеть тихо-тихо, Пока ты ищешь меня, спотыкаясь и нервничая. А потом выскочить из своего убежища с криками: 'Вот она я! Люби меня, если можешь!!!' А ты можешь! Конечно, можешь! Можешь Подхватить меня на руки и подкинуть к звездам! А я не улечу! Ты же знаешь, что не улечу! Я только прошепчу звездочке твои желания и вернусь. Только ты жди меня... Хочется в пасмурный день Принести тебе в ладонях немного солнечного света! Брызнуть на тебя искорками, чтобы они зажглись в твоих глазах, И отразились на моем лице веснушками... Хочется пить тебя по глоточкам, как живительную влагу... И ощущать тебя внутри... Наполниться тобой. И дышать не врозь, а вместе, одним дыханием. И понимать, что это - навсегда!!! Что это - настоящее!!! Хочется просто прижаться к тебе и стоять так сто пятьдесят восемь лет И четыре месяца. Стоять и слушать твое сердце. Или просто идти с тобой по городу, болтая о том, о сём, И вдруг осознать, что вот оно - счастье!!! Рядом со мной, во мне!!! А еще хочется просто посмотреть тебе в глаза, сказать: 'Я люблю тебя!' Радуюсь! Радуюсь, радуюсь, радуюсь! Солнце ласкает ресницы. Ветер весенний наградою Стал мне. С последней страницы Томика с лирикой Байрона Мне улыбается верность. Тихо вздыхает гитарою Наша любовь. Откровенность Белыми крыльями ангелов В воздухе пишет сонеты. И от волнения замерло Сердце. Улыбкой согреты, Тысячи солнечных зайчиков Прыгают прямо из детства, И целый луг одуванчиков К небу взлетел! По соседству Яркие звонкие радуги Гнутся по самому краю. Радуюсь, радуюсь, радуюсь! Двери тебе открываю! Лестница на небо (акростих) Летать легко! Не веришь? А напрасно! Едва проснёмся летом на рассвете, С тобой пойдем туда, где лучик ясный Тропинку в небо тонкую наметил. Ночной туман растаял, словно сахар, И там, где утро умывает щёки, Царит покой и места нет для страха. А в небо путь не трудный, не далёкий. Нас ждёт полёт! На струнах поднебесных Аллегро ветер нам двоим играет! На небо вверх, по лестнице чудесной... Едва дыша... И вот уже у края... Бесстрашно крылья синевы коснутся. Осталось только в небо окунуться! Ты растаешь без осадка Ты растаешь без осадка, Словно сахар в чашке чая. Было сладко, очень сладко, И казался нескончаем Разговор о жизни бренной, О потерях и находках... Кровь сворачивалась в венах. Мне бы нежности щепотку! Ударялась ночь о стёкла, Разбиваясь на минуты. Страсти прежние поблёкли И твои ослабли путы. Не сошлись мои пасьянсы. Ты уйдёшь, словами жаля. Я Вертинского романсы Напоследок нам поставлю. Жёлтый Ангел спрыгнет с ёлки, Скажет: "Слёзы под запретом!" Фрейд вздохнёт на книжной полке Между Буниным и Фетом... Души не чувствую твоей Души не чувствую твоей Под слоем райских обещаний, И послевкусием прощаний, В плену обыденных страстей. Ко мне приходишь не один. С тобою ложь на цепких лапах. Ее миндально-терпкий запах Впитался в сумерки гардин. И тени, тени вязких слов Прилипли к стенам черной вязью. И отдалились в одночасье Надежда, вера и любовь. Ах, мой прекрасный лицедей, Нам не найти дорогу к Раю. Благодарю и отпускаю, Души не чувствуя твоей... Ад и Рай (притча) По длинной и неведомой дороге, Усталостью и жаждою томим, Вдыхая пыль, и в кровь сбивая ноги, Шел путник и собака вслед за ним. И вдруг - веселье, музыка, прохлада, Прекрасный замок, стражник перед ним. - Куда попал я? Свежесть, зелень сада... Что за мираж в безжизненной степи? - Ты умер, это Рай, входи скорее! Здесь есть покой и нега и вода! Излечишь раны и зальешь елеем Все то, что жить мешало иногда. Но вот беда - сюда нельзя с собакой! Оставь ее снаружи, путник мой! - Нет, извини, она - мой друг, однако... И захромал извилистой тропой. И шли они, судьбой своей гонимы, И набрели на чей-то теплый кров. Хороший дом, ворота, перед ними Седой старик, хозяин тех краев. - Здоровым будь, хозяин, дай водицы. - Так заходи, тебя давно здесь ждут! - Со мной мой пес, нельзя ли подкрепиться? - И для него сейчас найду еду. Входите оба, здесь вам очень рады! - А что это за место? - Это Рай! - Мне в замке пел привратник серенады Что Рай у них! - Ты не переживай! Там Ад и только. Врут они, бедняги. Но нам полезен этот их расчет. Кто бросит друга, пусть хоть и собаку, Тот никогда до Рая не дойдет... Рыбак Причал скрипел о бренных днях, Плескалось море акварелью. Старик рыбачил... Ветер птах Гонял, мешая их веселью. Дразнило море серебром: - Рыбак, бросай скорей наживку! Старик же думал о былом. Воспоминанья вперебивку Неслись от детства до седин. Учеба, армия и свадьба... Работа, дети - дочка, сын, И внуков полная усадьба... А дальше все, как у людей. Чего еще просить у Бога?.. Там, среди призрачных аллей Своя тропа, своя дорога... Остывший день во тьме почил, Луна сквозь тучи улыбнулась... Старик на удочку ловил Свою просроченную юность. Мы встретились (рондо) Мы встретились меж звездных многоточий. Дрожит Луна на гибкой ветке ночи, И тишина накрыла город снов. Уснуло всё, и только бой часов Звучит в ночи все громче, громче, громче! А мы с тобой вдвоем, но путь короче Не стал от наших ласк и нежных слов. И свет Луны вписался в звук шагов. Мы встретились... Тропинкой снег, как ниткою, прострочен. А иней, словно кружево сорочек... Мы делим ночь на тысячу глотков. Вино любви меж звездных берегов. Луна смущенно отводила очи... Мы встретились... Время без тебя не хочет жить Время без тебя не хочет жить, Растекаясь, как часы Дали. Но не рвется тоненькая нить Между нами... Клином журавли С упоеньем рвутся в вышину, Пришивают к небу облака. Прислонившись к лунному окну, Смотрит вниз любовь. Ни ветерка, Ни дождинки... На моих губах Поцелуя тонкий влажный след. Время без тебя - огонь в руках И ожоги... Лишь один рассвет Поднимает очи к небесам, Шепчет тихо: "Он придет, ты жди!" И стекает время по часам... Время боли... Где-то посреди Остаются облака и нить, Что не рвется, полотно Дали. Время без тебя не хочет жить. Зашивают небо журавли... Люблю тебя (рондо) Люблю тебя! Из дальней дали К тебе стремлюсь... И по спирали Мечта взлетела в небеса, И совершились чудеса, И отступили все печали... С тобою мы так долго ждали! Пришла удачи полоса. Дуэтом слились голоса. Люблю тебя! И вопреки мирской морали, На небо радугу подняли. Алмазом вспыхнула роса! Мы распустили паруса И унеслись по вертикали... Люблю тебя!!! Я в том краю Я в том краю, любимый, в том краю, Где виноград, как ласковая кошка, Щекою трется о мою ладошку, Дрожит лозой, и словно понарошку, Бросает вызов летнему дождю. Где небеса стремятся только вверх По крыльям птиц и лепесткам сирени. Где по утрам приходят в сад олени И пьют росу. А солнце на колени Ко мне садится... Льется рыжий смех. В той стороне, любимый, где луна Заходит в дом, как добрая подружка, Ложится рядом, на одну подушку, И до утра, веснушка за веснушкой, Ведет подсчет. И дремлет тишина. И ты однажды путь сюда найдешь! Войдешь в мой мир так тихо и сторожко. Скользнет под ноги лунная дорожка, И земляники целое лукошко Мне поднесешь... И улыбнется дождь. Нежданная любовь Возводили каменные стены - Ни дверей, ни окон, ни бойниц. Убегали прочь от скользкой темы, Оставляя нежность меж страниц. Не пытались жизни приукрасить. Все как есть, открыто, напрямик. Не искали лучшей ипостаси И ценили дружбы каждый миг. Было все так правильно, так чинно... А теперь? Душа и разум вдруг Разошлись... Любовь тому причиной. И теперь ты мне не просто друг. Я люблю... Глупее быть не может... Ты так далеко, за много лет. Я люблю! И лишь мороз по коже. Так боюсь услышать 'нет' в ответ... Предчувствие тебя (акростих) Паденье с неба было неизбежно. Руками воздух тяжело поймать. Еще казалась беззаботной внешне, Да только жизнь не повернется вспять! Чередовались лица, чувства, даты. Ушла любовь, а вместе с ней душа. Включала жизнь рассветы и закаты, Сто тысяч слов не стоили гроша. Твердила: "Все! На этот раз довольно! Вакансий нет! Ищите дураков!" И только сердце ёкало игольно, Едва заслышав шум твоих шагов. Ты был так близко, только я не знала, Еще не знала то, что это ты! Боялась боли, страсти в полнакала... Янтарный свет... Предчувствие мечты... Нечего сказать Нечего сказать тебе, нечего! Тишиной навек обеспечена! И душа тобой искалечена, Переперчена, обесцвечена. Разные пути, жизни разные. Над тобою небо атласное, Надо мною тьма безобразная, Непролазная, несуразная. Тянется ко мне одиночество, Вслед за ним печали волочатся. Но свершится, видно, пророчество Жить и жить, да что-то не хочется... Вспыхнет небо снова алмазами, Росы - разноцветными стразами... Мы с тобою оба наказаны - Рты заклеены, души связаны. Кто-то теряет, кто-то находит (акростих) Каждый миг на Земле умирает любовь. Таймер точен, безжалостен, груб. Обрываются души - готов, не готов... Только как разорвать этот круг? Обдираются в кровь чувства, крылья, сердца, Тонут в бурях страстей и обид. Ежедневный доход "рокового ловца" - Разделить, разлучить, погубить. Янтарем застывают прощенья слова, Еле слышно сухое 'Прощай...' Трафаретные фразы, людская молва, Крик души и утраченный рай. Тщетно время пытаться назад повернуть, Ощутив непреложность потерь... Терпеливо по жизни прокладывать путь, Ошибаться, не ту выбрав дверь, Находить и терять, убегать от себя - Алгоритм нашей жизни такой. Хорошо лишь тому, кто способен любя Оттолкнуться от неба рукой! До любви только шаг, только миг, только пядь! И уж если нашел, не дай Бог потерять... Ты найди! Я тут! Рядом с тобой! Мой маленький домик О небе мечтает мой маленький домик, О звездной дорожке от окон до сада, О лунной улыбке под звуки гармоник, Созвездиях ярких в ветвях винограда. Он днем тихо дремлет среди непогоды, Среди остывающих улиц и снега. А ночью мечтает взлететь к небосводу, Коснуться трубой золотого ковчега. Мечтает на облаке плыть, как по морю, Встречая рассветы, держать равновесье. И с птицами дерзкими в скорости споря, Фасадом пронзать и ласкать поднебесье... Мир чудных мечтаний непрочен и тонок. Реальность бездушна, случайна, нелепа. О небе мечтает мой маленький домик... Он дымом печным дотянулся до неба! Не укрыться в толпе Не укрыться в толпе одинаковых лиц, Безучастных, незрячих, остывших. В черных дырах смиренных порожних глазниц Не увидеть сомнений. На крышах, На карнизах уже не найти теплых мест, Не насиженных, скользких, манящих. Каждый сам для себя сколотил этот крест И прекрасно оструганный ящик. Роем землю "на вырост". Кого бы еще Прихватить на свидание с адом? А по рекам-морщинам улыбчивых щёк Льются слезы. А может, не надо? Может лучше зарыться самим, с головой, Тишиной насладиться и тленом, Напроситься к Беззубой на вечный постой, Взвесив душу и совесть безменом. Не укрыться в толпе одинаковых лиц. Но пока поживем! Еще много страниц! Счастья росток Чистое, тонкое, нежное, хрупкое Не на ладонях несу, не за пазухой. Бьется сердечком под тонкой скорлупкою, Счастья росточек, нетронутый засухой. Счастья росточек не сломлен разлуками, Переборол одичавшее прошлое. Будем считать то что было - наукою, И извлекать из плохого хорошее. И извлекать позабытые нежности. Только бы вновь не шагнуть в Безлюбовие! Там, на границе греха и безгрешности Больно впивается в душу злословие, Больно впивается ложь во спасение, От безысходности гулко вопящая... Вместе с тобой совершу воскрешение, Счастья росток пронесу в Настоящее. Счастье, в надежды мои ограненное, Чистое, тонкое, нежное, хрупкое, Только тебе, для тебя сохраненное, Бьется сердечком под тонкой скорлупкою. Для того, чтобы уйти Часто для того, что бы уйти, Мы находим разные предлоги. Рассыпаем, словно конфетти, Лживые цветные монологи. Карамелью мятной на губах Растворяем бодрые утехи. Правду искажаем впопыхах И латаем кривдою доспехи. Думаем, что ложь во благо нам И наивно скрещиваем пальцы. Чьи-то жизни делим пополам И уходим, чтоб не возвращаться. И уходим спешно, по пути Поплотнее закрывая двери... Ну а для того, что бы придти Нам не нужно лгать... Ты в это веришь?. Время сжалось... Время сжалось и сошло 'на нет'. Две минуты, полторы, одна... В кулаке оплаченный билет, И души натянута струна. А твои глаза зовут в полет. Только шаг - и я сойду с ума! Под ногами очень скользкий лед, Хоть и август вроде, не зима... В жар бросает, в холод, в черноту. Не понять - как выжить, как спастись? Сделать шаг? А если упаду? Упаду в открывшуюся высь. И с тобой туда, за горизонт, За границу счастья, кутерьмы. От упреков скроет старый зонт. Он дождями добела отмыт. Вот и все... Разрезал поезд ночь, Увозя тебя на сотню лет. И билет, как лист опавший, прочь Понесется за любимым в след... Чтобы любить тебя Не спасая себя, губя, Разбавляю разлуку ядом. Знаешь, чтобы любить тебя, Мне не нужно с тобой быть рядом. Ни безумных ночей, ни дней, Ни шагов в тишине под вечер. Я люблю тебя так, что мне Не нужны совершенно встречи. Не хочу провожать и ждать, Пусть заботится та, другая. Лишь стихов на столе тетрадь, Как свидетельница немая. Обойдусь без звонков, без снов, Без отчаянно-нежных писем. Я-то знаю, моя любовь От условностей не зависит. Я пришла к тебе Я пришла к тебе из прожитого лета По обманчивым извилистым тропинкам, Переливчато-прозрачным паутинкам, Мимо сосен апельсинового цвета. Проходила мимо стражей молчаливых - Великанов, притворившихся камнями. Босоногая, с избитыми ступнями, Пробиралась через заросли крапивы. Я бежала земляничными лугами, На бегу срывая капельки рассвета. Соблюдая построение сюжета, Я разлуку перемерила шагами. Увязался по пятам бродяга-ветер, Вслед за мной под яркой радугой шагая. Серебристые макушки иван-чая Посылали мне воздушные приветы. Я пришла к тебе! Ты ждал меня? Я знаю. Будем осень коротать вдвоем с тобою. А зима, что предначертана судьбою, Не остудит наши души, обещаю! Музыка Ангела Слышите музыку? Ангел на флейте играет. Ночь раздробилась на множество звездных часов. Льется мелодия, нежностью мир наполняет, Мир оживающих сказок и светлых стихов. Нежность обводит вокруг очарованным взором. Мягким ковром расстилаются детские сны. В музыке Ангела тонким изящным узором Переплетаются свет и улыбка Луны. Переплетаются судьбы, любовь и потери, Чьи-то признанья и чья-то притихшая боль. В музыке Ангела - звезды, и птицы, и звери, Царство небесное, жизни земная юдоль. С музыкой Ангела Нежность над нами закружит, Ливнем весенним смывая печаль и грехи. Песня рождается, и раскрываются души, Соединяя мелодию, свет и стихи... После тебя После тебя будут ровные дни, Знобкие ночи на жесткой тахте, Будут бросаться вдогонку огни, Нервно дрожа там в своей высоте. Будут шаги в тишине, не твои, Звонко печатать на сердце слова. Будут победы, потери, бои, Пасха, Крещенье, канун Рождества. После тебя будут стрелки часов Пятится споро за грани ума. Из миллионов чужих голосов Твой не узнаю... Заплачет зима, И растечется по венам весной, Паводком смоет осевшую пыль, Ночь улыбнется в окошко Луной. Звезды затеют немую кадриль. После тебя будет новая жизнь Пениться, брызгами счастья маня, Крыльями резать атласную высь. Будет все так.. Но не будет меня... Куда уходит время? Куда уходит время? В седину? В открытое окно - проворной птичкой, Чирикнув "всё" и хвостиком махнув, Умчится вдаль. Страничка за страничкой Перелистаешь личный календарь, Припомнишь все события и даты. И бережно, как будто на алтарь, Разложишь всё - рассветы и закаты, Обиды, боль и тут же звонкий смех, Огромное лукошко земляники, Вот первый стих, заслуженный успех, Мотивы песен, изданные книги, Детей и внуков шумный хоровод, Надежный круг друзей, собаку, кошку, Земную твердь и синий небосвод И солнышко, которое в ладошках. Степенный дождь, холодную росу, Свою любовь и стайку увлечений, Тропинку в поле и ручей в лесу, Разложишь всё, без всяких исключений. И будешь жить, встречать свою весну, Как самое загадочное чудо! Куда уходит время? в седину? Да пусть идет, мы поживем покуда! Переписывать жизнь... Переписывать жизнь можешь набело, А меня, как ошибку досадную, Из отличного вычеркни табеля. Вот такую смешную, нескладную, Неудобную, нежную, ждущую, Тонкой веткой по ветру склоненную, По тропинке над бездной бредущую, И в печали твои заключенную. На ладонях по-новому линии Перечерчивай острыми бритвами. На губах оставайся не именем, Оставайся моими молитвами - Обережными, скромными, сущими, За тебя, о тебе лишь, просящими, От напастей тебя берегущими, И в разлуке с тобой голосящими. Перечерчивай, жги, переписывай, Забывая ненужное прошлое. Леденцом растворюсь барбарисовым, Да кислинкой кольну осторожною... И, забывшись спросонья, по имени Позовешь меня, чтобы покаяться... Но тобой перечерчены линии, И с моими не пересекаются. Квипрокво За что любила? Да разве скажешь? За то, за это, за просто так. За то, что летом все окна настежь. За то, что смелый и не дурак. За то, что рядом был целый вечер, Что улетал, не сказав маршрут. Что очень нежно при каждой встрече На шею вешал вранья хомут. Что был так близко в минуты лета И так далёко в часы зимы. Что наготове была карета И снились часто цветные сны. Что был счастливым и настоящим, И верил в сказки и волшебство. Был самым лучшим, живым, блестящим! Да только вышло здесь квипрокво... Такое часто, увы, бывает, И за любовь принимаем мрак. Скользим слепые за ней по краю... За что любила? Да просто так! ______________________________________________________________________ Квипрокво - недоразумение, заключающееся в том, что одно лицо, понятие и т.п. оказывается принятым за другое; путаница, приключение, необычайное происшествие. Я написать могу тебе стихи Я написать могу тебе стихи Про летний день и радуги улыбку, Про веточку растрепанной ольхи, Про ту чудную золотую рыбку, Которая в аквариум ко мне Из сказки заплыла да и осталась! О том, что рыцари всегда в цене. Что если жить, ни разу не печалясь, То не познать и радость бытия, Будь ты богат, иль беден, то не важно! И даже если сам себе судья, Но если ты влюбленный и отважный, То можно сделать самый главный шаг - Сказать "Люблю!" и стать на жизнь богаче! И может быть, твой старый верный враг Впервые будет рад твоей удаче, И улыбнется, позабыв грехи! И будет мир и солнце, и надежды! Я написать могу тебе стихи, Но только стань на миг таким, как прежде... Маски Линяет ночь, к утру теряет краску. Погашен свет и мусор подметен. Закончен бал, снимите, сударь, маску. Настало время подлинных имён. Колпак Шута, подвязки Коломбины, Картонный меч, стеклянное колье - Бравурной жизни пряные картины Уплыли вдаль на призрачной ладье. Цыганка зря лукавила с колодой, Ей невдомек, что выбор совершен... Скрывалась ложь под яркой позолотой - Пустой души помпезный бастион... Вздохнул рассвет, добавив новой краски! На кой мне черт знать эти имена? Ах, сударь мой, ну где же Ваши маски? Я не могу так долго быть одна. По-другому Теперь все будет по-другому. На прошлое глаза закроем. Везде с собой мешок соломы Носить - не надо быть героем. Теперь не будет обещаний. Их век прошел с минувшим годом. И стайки призрачных "прощаний" Растают, нам двоим в угоду. И не поймет никто на свете, Что изменилось, в чем причина? Любовь - не рубрика в газете, Не догоревшая лучина. Теперь все будет. Пусть не с нами. Других пускай ласкает ветер, Пронзает молния стихами, Но каждый сам за все в ответе. Теперь все... Было так наивно Считать, что ты - источник жизни. Сидеть и ждать тебя пассивно И упиваться укоризной. Поймут ли нас, нам мало дела. Себя понять - важней задача. Молиться, хоть и неумело, И сдвинуть камень тот лежачий. И будет все... Ах, просто - БУДЕТ! А с нами, нет ли, разве важно? А там уж сам Господь рассудит Живым ты был или бумажным. Оле и Володе Секерко (акростих) Осторожная нежность встревоженных чувств, Лучик солнца в ладонях, нежданный покой, Яркий всполох надежд, как сиреневый куст... Вдохновенный мотив кутерьмы городской. Ожидание чуда, сердец перестук, Ликованье двух душ, бесконечный полет, Очарованный миг, восхитительный звук, Дар ниспосланный с вечных небесных высот... Я хочу, чтобы Ангел хранил от невзгод! Свет Любви согревал ваши души всегда! Если сердце болит, значит сердце живет! Кто сказал, что уже не нужна красота? Еле слышным дыханьем в окно постучусь, Рыжим зайчиком вспыхну на белой стене, Колокольчиком вздрогну, развеется грусть... О, друзья мои, как же вы дороги мне! Письмо себе из будущей весны Привет из марта! Что, не ожидала? А у тебя дожди и листопад Притихли в ожидании финала? И ты опять шагаешь наугад По грустным лужам вечером ленивым, Душою осень пробуя понять. А ветер тучам заплетает гривы, Седую сбоку оставляя прядь... А у меня весна! Как и мечталось! Представь себе... Подснежники... Ручьи Соперничают с птицами, бахвалясь, Что им в подметки годны соловьи. Хрусталь росы, медвяные настои Цветущей вишни... Яблоневый снег... И небо, на рассвете золотое, Ласкает солнцем воды шалых рек. Ты приезжай! Здесь все необычайно! Тебе веснушек припасла весна, И ландыши, конечно не случайно, У твоего рассыпала окна... Единожды солгав (акростих) Едва вошел, как начал говорить, Дурманя сердце, кутая в слова. И все так складно... Тоненькая нить Надежды вьется, кругом голова... О, как приятно! Ложь тебе к лицу! Журчит ручьем заведомый обман. ДЫмится порох... Мысли по кольцу... Сейчас закончу этот балаган! Обиды нет, и веры тоже нет! Любовь чадит и тлеет огоньком. Гала-концерт закончен, гаснет свет, А ложь скрутилась огненным клубком. В один конец ты взял себе билет. Две минуты до лета (акростих) Другой придется пожинать плоды, Варить на завтрак кофе по утрам. Ей веточки душистой резеды Мальчишкой будешь подносить к ногам. И будут дни и ночи без меня... Но если честно, мне совсем не жаль. Ушла любовь, веригами звеня. ТЫ не опора, ты - горизонталь! Дуэт почил. Но всем чертям назло Открою дверь пошире и взлечу! Любовь прошла и сломано крыло? Едва заметен шрам. Болит? Чуть-чуть! Тужить не буду! Лето у дверей, А с ним придет любовь, еще сильней! Устала... Все было - взлеты, заблужденья, Стихи и сны, звонков мажор, Миндальный вкус грехопаденья, Перцовый - наших глупых ссор. И ожиданье, ожиданье - В него, как в плюшевую шаль. Свеча в окне... Часов гаданье - Тик-так или не так? Как жаль, Что все закончилось так просто. - Устал любить? - Устала ждать? А на душе - обид короста, И на дверях твоих - печать. Стучусь... Откроешь мне едва ли... С лихвой хватило прежних бурь. И страсти, что так бушевали, Стряхнули сладкую глазурь. И всё же... всё же... Я не плачу. И не прошу, а лишь вздохну, Монетку кину 'на удачу', И в свой мирок впущу весну! Я люблю вас, люди! Я люблю вас, люди! Все равно! Вас, таких родных, хороших, разных, Тех, кто против, тех, кто заодно! Полугласных, искренних, согласных! Тех, с кем в бой, в огонь, на Колыму! Даже тех, с кем лучше не общаться. Всех люблю и сердцем обниму Москвичей, интинцев, ленинградцев! Не таких как все, бродяг, "гонцов", Тормозящих возле каждой ямы, Трусов, дураков и мудрецов, Настоящих, гениев, упрямых! Я люблю вас, люди, просто так, Ни уму, ни сердцу не переча. Вам - ладонь моя, а не кулак, И душа, открытая навстречу! Недописанная книга Закрою недописанную книгу... Заглавие, эпиграф и пролог, Сюжет не нов, не хитрая интрига, До боли предсказуемый итог. Читатель плачет, авторы - на грани. Всего-то надо - руку протянуть. Снести барьер меж нашими мирами, И голову скорей к тебе на грудь... Такая мелочь, быть не может легче Сказать: "Люблю, вернись, я не могу Быть без тебя уже который вечер, И спотыкаться сердцем на бегу". Но промолчу, а в книге многоточий Предлинный ряд, ни слез, ни встреч, ни слов. И дни бегут, и ночи, только ночи Даруют нежность мимолетных снов. Что ж, мой соавтор, выбор твой - свобода. Мой выбор - верить, помнить и любить. И ждать тебя на краешке восхода, Смотав в клубок воспоминаний нить... На заднем сидении... На заднем сидении старенькой 'Волги' Взрываются страсти, пылают пространства. Там чувствам просторно, а мысли надолго Сменили прописку и право гражданства. Там рушатся звезды, рождается космос. Там двое в одном первобытном мотиве Мелодию страсти поют двухголосно, Там крылья в едином взметнулись порыве. Но кончится 'вечность', замедлится время... Одернуто платье, застегнуты брюки, Накрашены губки, приглажено темя, И вновь между ними бездонность разлуки. - Ну, все, мне пора, расстаемся надолго, В четверг не смогу, чересчур плотный график. На заднем сидении старенькой 'Волги' Забыты надежды, помада и шарфик... Доктор Время Мне доктор Время выписал лекарство - Смириться с тем, что есть - чего уж проще! Припрятать дальше все свое бунтарство, Не быть вороной в соловьиной роще. На завтрак - хлеб! И соль, но из солонки, А не из слез, как было очень часто. Огню скормить все глупые книжонки, В которых учат, как добиться счастья! В обед - горячий, острый, настоящий Разбор полетов прошлого мытарства. Поближе - долг, любовь и страсть - подальше, И разум - возвести опять на царство! На ужин... Терпкий чай воспоминаний В стакан налить и пить, тайком от света, От чувства долга, времени, признаний. И спать всю ночь в объятьях теплых пледа. Но, через жизнь, однажды на закате, Сказать - все врут, что время лучший доктор А сердце (пусть заплата на заплате), Стучит как раньше, словно ждет кого-то... Я рисую... Я рисую цветы, колокольчиков тихие звоны, Летний луг, землянику и радугу после дождя. Получается ночь и глухие от крика вороны Собираются в стаи, неистово небо дробя. Я рисую рассвет и туманное лоно прохлады, Глянец чистой воды и мелькнувшую рыбкой звезду. На рисунке - стена и сплошные слепые ограды, Задыхается день в разрывающем горло чаду. Я рисую мороз, серебристые стаи снежинок, И дыханье на окнах, скрывающих чью-то мечту. Из-под кисти дымится пустой, неживой фотоснимок, Отражающий тщетность и прошлых побед суету. Что получится, если я кисть обмакну в безнадежность, Нарисую тупик и пустые, чужие глаза? Может быть, на листке расцветет возвращенья возможность, И откроет нам двери строптивый и вечный 'сезам'? Мне ли тебя упрекать? Мне ли тебя упрекать, Прячась в ладони от трудностей? Ставить на сердце печать, Чтоб избежать безрассудностей? Мне ли лететь за тобой, Крылья ломая от нежности, И угрожая войной Хрупкой твоей безмятежности? Мне ли, устав от обид, Не сохранить невозвратное? Рана уже не болит. Счастье мое... деликатное. Мне ли, сползая к нулю, Ждать средь зимы потепления? Не о спасенье молю, Только лишь о снисхождении. Жизнь не покатится вспять. Мне ли тебя упрекать... Без права обладания (акростих) Бескорыстная страсть непорочных сердец, Еле слышный напев в шумном хоре признаний. За такую любовь лишь терновый венец Предлагается вместо небесных венчаний. Разведенная в разные стороны жизнь, Асимметрия чувств, и в конечном итоге - Вознестись в невозвратно-прекрасную высь. А взамен - ничего... Да и этого много. Огонёк негасимый, судьбы завиток, Бессловесная роль эпизодного плана. Лейтмотив чьей-то жизни, хрустальный исток, А кому-то - железные когти капкана... Дотянуться душой, и принять и простить. А в ответ - только знать, что с тобой все в порядке. Настоящее счастье суметь сохранить, И надеяться, ждать, и любить без оглядки... Я покрепче возьму путеводную нить... Художник осень рисовал Художник осень рисовал, Пытаясь время обмануть. Аллея, старенький вокзал, Прохожий и дождя чуть-чуть. Карнизы, голуби, окно, В котором неба лоскуток. И стук костяшек домино От скверика наискосок... Шагов уставших темный след, Рябины грусть, последний лист, И кем-то брошенный букет, Промокший гипсовый горнист. Вкус поцелуя на углу, Озноб от резкого 'Прощай!' Сумбурность чьих-то мыслей вслух, И убегающий трамвай... Художник осень рисовал - Застывший миг летящих дней. Он время за руку держал. Один, среди чужих страстей... Будь! Будь! Просто будь! Улыбайся во сне, обижайся. Лунным светом в глазах отражайся. Не стесняйся слезою блеснуть. Будь! Просто будь! Чьим-то стоном в пьянящем восторге, На заветном зеленом пригорке В упоенье сжимающим грудь. Будь! Просто будь! Пусть чужим, незнакомым, далеким, Невозможным, любимым, жестоким, За собой заметающим путь. Будь! Просто будь! Ну а я... Я стою у порога, И прошу Всемогущего Бога Беды все от тебя отвернуть... Зима в Инте Посвящается моей Инте В Инте уже сугробы по колено, Лениво жмурится продрогшая заря. И ветры-виртуозы вдохновенно Играют рондо на клавирах декабря. Зима, как шаловливая царевна, Прильнула к тундре поцелуем стылых губ. И Богом позабытая деревня Дымит кальянами печных копченых труб. А горы, потеплей укрылись снегом, Оцепенели в предвкушенье сладких снов. Луна над ними золотым ковчегом Скользит неслышимо меж снежных берегов... В Инте уже метели и морозы, Синоптиков минорные прогнозы, А я тоскую по величию снегов... Последний дождь Так было много раз, до нас, при нас и после... Шли двое рядом, под одним зонтом. Шли рядом: Он, Она и вслед за ними - осень И расставанье... Ветер бил кнутом По лужам, по домам, по набежавшим тучам. Шли двое под зонтом... в последний раз. Коротким был роман, коротким и зыбучим. И осень выставляла напоказ Своих слепых дождей холодные наряды. А двое шли... Насквозь промокший зонт Отталкивал не дождь, а лишь косые взгляды. И улетали вдаль, за горизонт, Извечные, как жизнь, слова последней встречи: - Я буду ждать... Забудешь? - Никогда! И расставание обняло их за плечи... Последний дождь... солёная вода... Сошла с ума... Сошла с ума... Стою на перепутье. Напра... Налево... Выбор невелик. И кровь как будто подменили ртутью. Хотелось бы назад, но там - тупик. Направо - боль, но без воспоминаний, Без снов, без грёз... Лишь волком на Луну... И жить в мирке стенаний и терзаний, За счастье почитая тишину. Налево - помнить... Всё, до малой точки. Слова, дыханье, звук твоих шагов... И наслаждаться в клетке-одиночке Воспоминаньем пылких вечеров. Сошла с ума на крайней остановке... Последний рейс и выбор совершён. Я не способна сделать рокировку, Дождусь тебя в безумии своём! Пришел нежданно Пришел нежданно и неизбежно, Как снег в апреле, как в мае гром. Под грубой маской до боли нежный. В глазах смешинки, а в горле - ком. Из жара - в холод, из жизни - в нежить. Клубок из ласки, шипов и гроз. Не успокоить и не утешить. Переплетенье гримас и поз. Вулканом в небо, лавиной снежной Сбиваешь с толку в который раз. Мой милый мальчик, смешной, мятежный. Отелло - в профиль, Пьеро - анфас. Такой забавный ты и прелестный... В плаще, без шляпы, с букетом роз. А под наркозом креплёным местным Страстей нелепый апофеоз. Не поется... Не поётся, не спится, не пишется... Звезд упавших докучное общество. Ни к чему это буйное пиршество, Мне хмельнее вина одиночество. Мне теперь не нужны обещания - Пустоцветы, лишенные завязи. Обеднели душой, обнищали мы... Затянулись манерные паузы. Между нами не пропасть, а лужица - Отражение неба беззвездного. Средоточие боли и ужаса, И прощение, чуточку позднее. Не тревожься пустыми заботами, То не горе, а так... 'междугорие'. За глухими двойными воротами Наших прежних страстей акватория... Что имеем, не храним (акростих) Череда торопливо бегущих забот, Тупики прошлых лет, вожделенные сны, Ожиданье удачи, судьбы поворот, И сердца новым счастьем до края полны... Марафон, под названьем изношенным 'жизнь'. Ежедневный маршрут - дом-работа-семья. Еле слышим друг друга, срываясь на 'рысь'. Между тем, на табло постоянно 'ничья'. Наковальни из крепко сколоченных лбов. Если хочется плакать, кусаем кулак. Хирургическим методом лечим любовь, Расстаемся навек, для потехи зевак. А потом познаем непреложность потерь, Накликая до боли известный сюжет, И до крови стучимся в забитую дверь. Может быть, достучимся... А может быть нет... Легко поменять Легко поменять прическу, стиль жизни и цвет помады, Фамилию, имя, мужа, закаты на листопады. Квартиру в спальном районе на хижину в Малых Негах, И полное небо солнца на горстку первого снега. Легко поменять работу на время полнейшей лени, Кусты колючего тёрна на ветку хмельной сирени. Свободу на шубу с клеткой из золота высшей пробы. Улыбку в глаза меняют на целые ведра злобы. Меняют шило на мыло, законы на беззаконье, И мягкую шерстку кошки на зубы и хвост драконьи. Легко скамью подсудимых сменить на кресло-качалку. И только старость на юность не сменишь никак, а жалко... Доверяю тебе! Доверяю тебе, доверяю... В бесконечно далеком 'Однажды' Птицей певчей, охрипшей от жажды, Я к тебе, как к ручью, припадаю... Измеряю тобой, измеряю Расстоянье меж сном и обманом. Покорившимся небу шаманом, О тебе звездный свет заклинаю... Отворяю тебе, отворяю Сто дверей в долгожданное 'Здравствуй!' Проходи, я ждала тебя, царствуй! Не корону, а душу вручаю... Озаряюсь тобой, озаряюсь На рассвете, ослепнув от страсти, Я делю это счастье на части, Острой льдинкой в руках растворяюсь... Потеряю тебя, потеряю... Новым ветром наполнен твой парус. Не любить снова я зарекаюсь, А сама за тобой улетаю... Зима Потрескивает печка, стынет чай, И на коленях примостилась кошка. Ей снится, видимо, кошачий рай, Или мышей огромное лукошко. Вздыхает за окном осенний сад. Так жаль ему менять наряд на зимний. Припрятал грозди поздний виноград, Его вот-вот прихватит колкий иней. Малина огорченно хмурит куст - На нем еще так много недозрелок! Шаги опережает легкий хруст - Проделки шаловливых рыжих белок... И ставя леденящую печать, Зима заглянет в душу осторожно: 'Хотела от меня ты убежать? Увы, но это просто невозможно!' Потрескивает печка, чай остыл... Но я-то знаю, там, за холодами, На том краю промозглой суеты, Ты ждешь меня стихами и мечтами... Диалог - Та, которая была, умерла? - Не умерла... - На которой клином свет, больше нет? - Со мною нет... - И за ней не побежишь в 'никуда'? - Никогда! - Даже если позовет за туман? - Все обман... - Значит, больше нет любви за душой? - Бог с тобой! Так же верю, так же жду на краю! - Не в раю? - Рай - когда в ее глазах облака, И рука Нежно теплится в моей, и не знать Что сказать... - Так скорее позови, я вернусь! - Я боюсь... 'Полу...' На картинках полулица, Кем-то сбитые мишени, Обнажившиеся спицы, Разложившиеся тени. Половинки растерялись В расчлененном полумире. Огорченный полуаист Прикрепляет к крыльям гири. Продлевает полусмехом Полужизни полуклоун. Полуэра, полувеха... Постоянный полукворум. Не сложить куски мозаики Полусердием из шелка. Утром солнце-попрошайка Просит хлеба через щелку... Полулюди-полульдины Ищем каждый свой 'Титаник', И с ума наполовину Сходим, в кровь содрав гортани... Напиши мне письмо Напиши мне письмо дробным стуком дождя по дорожке, Сочным ливнем в саду по редеющим листьям рябин. Напиши мне письмо на осенней гламурной обложке, На другой стороне закрывающих лето гардин. Напиши мне письмо незатейливой прописью тропок, Примеряющих свой ежегодный роскошный наряд. Напиши мне письмо, пусть твой почерк неровен и робок, Но увижу меж строк поцелуев застенчивых ряд. Я отвечу тебе журавлиным прощальным приветом, И туманом над лугом, не верившим чарам небес. Я отвечу тебе расставаньем с восторженным летом, И расставит все точки немного сконфуженный лес. Я отвечу тебе неожиданно теплыми днями, Солнца лучик пошлю сквозь закрытые окна души. Я отвечу тебе хаотично-волшебными снами, И останусь одна в ожидающей письма тиши... 'Приходи, приходи!.. дверь навстречу открою... Мокрый плащ твой приму и повешу на медный крючок.' В.Цокуренко Милый мой, я спешу! Мне укажет сердечко направление в твой, ожидающий нежности, дом. Я узнаю твой сад, и резное крылечко, И тумана печаль, над уснувшим старинным прудом... Милый мой, я лечу! Крылья ветра, как струны, Мне поют о тебе, о любви за стеною дождей... А сентябрь написал свои древние руны на холсте мокрых троп забывающих лето аллей. Милый мой, я пришла! Вместе с первой звездою постучусь в твою дверь, открывай поскорее замок! Неожиданно сердце сковало бедою... Женский смех... чей-то плащ занимает мой медный крючок... Осень взяла выходной Осень взяла выходной... Небо разгладило складки, К веткам прильнуло щекой, Листьев сметая остатки. Ветер вздохнул и притих В призрачно-звонкой купели. Озера сонного штрих На луговой акварели... Солнечных рыбок косяк Прыгает прямо в ладошки. А молодой березняк - Словно девчонки с обложки. Бабочки снова "на бис" В паре танцуют с цветами. Осени милый каприз - Лета коснуться устами. Шепчет стихи наизусть, Скинув бесстыже одежды... Рыжеволосая грусть, Чьи-то былые надежды... У нас впереди... У нас впереди еще целая жизнь! Ты только стремись ко мне, слышишь, стремись! Ты только сумей не замерзнуть в пути, Покрепче сжимая терпенье в горсти. Ты только поверь, что секунды бегут, Пусть небо от боли свернулось в лоскут, Беснуется время, пружиной скрипя, Пусть все теперь кажется против тебя! И радуга пусть распрямилась в струну, А птицы весне объявили войну. Пусть словно проклятие чьи-то слова, Что вышита нами разлуки канва, Что сами загнали себя в тупики И сами себе возложили венки... Ты выпрями спину и всем улыбнись, У нас впереди еще целая жизнь! Записка Ах, милый, будешь ли сердиться? И без того мне жизни нет... Я словно раненая птица. И все из-за твоих котлет! Я их хотела приготовить, Поджарить с луком, или без... Ну, обещай не сквернословить, Будильник как-то вдруг исчез. И я, конечно же, проспала Все утро и кусочек дня... Не допусти, прошу, скандала! Не обижайся на меня! Не прогоняй навеки к маме! Позволь хоть на пороге жить! Все предо мной сейчас в тумане, Теряю рассуждений нить... Поступим так - в окошко свечку Поставишь, если не сердит. А коль сердит, тогда сердечко Сгорит, как тот метеорит... P.S. О самом главном позабыла - Купи кефир и огурец, Кило печенья, пачку мыла, И выкинь мусор, наконец! (Подлинная история, о которой напомнила мне записка 20-ти летней давности, найденная при разборке черновиков) Не люби меня! Не люби меня, не надо! От любви мне будет больно Пробираться листопадом По душевному злословью. Мне, поверженному в пропасть, Ни к чему истомный лепет, Показушная неловкость И ресниц фальшивый трепет. Не лети за мною следом На закрылках серых будней. Оставайся цепким бредом, Чьей-то страстью безрассудной. Будь наивной и двуликой, Не в убытке, не в накладе. Будь с горчинкою брусникой Или вишней в шоколаде. Ну а я... Да что, пустое... Ты ни в чем не виновата! Трудно быть твоим героем... Не люби меня, не надо! Сговорились, встретились... Сговорились, встретились у ручья смешливого, Поделились тайнами с плачущими ивами. На сторожком мостике ног босых игривости. У начала радуги места нет для лживости. Ветерками резвыми сшито небо наскоро. Облака раскрашены матовыми красками. Наказали дождику плакать лишь от радости. Поцелуи терпкие, не добавить сладости... Не построить города над обманной пропастью, Не поется благостно над чужою горестью. Не срослось, не склеилось счастье на обочине. Хоть румяно яблоко, только с червоточиной... Распрощались надолго у ручья болтливого. Щебетала, сетуя на неловкость, иволга. Над уставшим городом молнии раскатости. Не хватило дождику повода для радости. Одиночество Рядом стояли, не видели. Близко летали, не верили. Словно случайные зрители Чьей-то печальной мистерии. Ночью блуждали под звёздами, Тщетно ловили упавшие. Мерили прошлое вёрстами, Не повстречав настоящее. Лгали себе: одиночество - Путь к совершенству, гармонии. Встречи меняли на творчество Каждый в своем межсезонии. И наслаждались победами, Каждый в своем измерении, В креслах, под старыми пледами, Думая о несварении... Все проходит Ты не веришь в то, что все проходит, В то, что выдыхаются мечты? Умирают просто на восходе, Разбиваясь оземь с высоты... Вдруг постигнув бесполезность жизни, Без обид, без злобы, навсегда, Не прощаясь и без укоризны С неба низвергается звезда... Не найдя в другой душе ответа, Всю себя раздав до узелков, Исчезает тенью в полдень летом Чья-то безответная любовь... Вот и все, финал красивой сказки, Где любовь и звезды и мечты, Кто-то в злой, а кто-то в доброй маске... Потерять легко, а вот найти?.. Старая игрушка (акростих) Старушка ты моя, поди-ка есть и внуки? Таких как ты, сейчас не делают уже. А помнишь, мы с тобой, не поддаваясь скуке, Разыгрывали жизнь на нашем этаже... Атласное белье с понурыми цветками, Янтарь стеклянных бус, чернильное пятно... Игрушечный мирок прозрачными зрачками Глазеет на меня бессмысленно тепло. Румянец щек погас и кудри потускнели, Утрачен прежний лоск, но всем годам назло, Шального детства дух через судьбы метели Касается меня гипюровым крылом... А помнишь, я тебя забыла под столом? А ларчик просто открывался (акростих) Аккорд последний в небо легкой птицей... Ларец закрыт, и ключик не найти. А я еще пытаюсь возвратиться, Разбить все двери, пересечь пути. Часы притихли в скорби ожиданья, Избитых фраз примята колея. Колода карт, напрасное гаданье, Под сердцем боль - злорадная змея. Рубить сплеча - не каждому по силам. Остыл очаг Любви и вот теперь Сгустился лед, а не огонь по жилам. Тетрадь... стихи... Не много ли потерь? Оберегать руины мало проку. Очнусь сама, печаль сведя к нулю. Тебе готова новая дорога. Красивый путь лихому кораблю! РЫдать не буду, не поддамся нервам. В том, что случилось, нет моей вины. Аккорд последний, может, станет первым? Ларец закрыт? Но мы с тобой вольны Сберечь тепло, что было между нами. Я не хочу, чтоб потерялись мы... Когда наступит понедельник (акростих) Когда наступит понедельник, Ответив на мои мольбы, Горсть бытия уставший Мельник Добавит в Жернова Судьбы. Алмазы, уголь и рубины, Нефрит и медная руда, Абсурдность слёз, любви руины, Смолоть всё это - нет труда. Трудней всего - себе поверить, Украдкой слёзы проглотив, Пытаться оправдать потери И прошлое отдать в архив. Трудней всего - начать сначала, Подняться вверх из глубины, Отплыть от нужного причала На краешке седой волны... Едва ли хватит сил на это. Дешевле, проще, просто жить. Ещё успею... как-то... где-то... ЛЬёт дождик слёзы... Рвётся нить... Наступит новый понедельник И сможет снова старый Мельник Капризы наши отменить... Куда приводят мечты (акростих) Калейдоскоп несбывшихся надежд... Уверенности нет, что выбор сделан точно. Дивертисменты сорванных одежд... Афиши ни к чему, финал придет досрочно. Парадоксальны и зловещи сны - Рисует боль на мне картины черным мелом, Иконостас с укором в тишине В глаза и душу взглядом целит закоптелым. Обогреваюсь жаром прошлых битв... Да, я дралась за жизнь, не только лишь мечтала! Я родилась из бури и молитв. Ты - только горечь, что стекла на дно бокала. Марионетки - мысли и мечты. Еще не край, не ад, но жизнь не перепишешь. Чистовики, как ждущие холсты... ТЫ нарисуй мечту, и стань на миг поближе. Предмет не первой необходимости Коробит сердце от недоверья, Не жду от неба заветной милости. Урок усвоен, для Вас теперь я Предмет не первой необходимости. Для Вас теперь я 'ту би континьед', Когда не будет другой забавности. В любви завязла, как в паутине. Уже минули все сроки давности. Как в паутине, в своих желаньях. Не греет ветхий платок пророчества... Вы говорили об испытаньях? А мне же просто любить Вас хочется. Об испытаньях и счастья дольках, О днях любовной неистощимости... Но я-то знаю, для Вас я только Предмет не первой необходимости. __________________________________________________________ 'ту би континьед' (to be continued) - продолжение следует (англ.) Не отпускай! Ты меня не отпускай! Даже если очень трудно Удержать огонь в руках, Даже если поминутно Стынет небо в облаках. Ты меня не отпускай! Я не ветер, я не птица И не тающий рассвет, Я не талая водица... На ладонях тонкий след. Ты меня не отпускай! Нежный росчерк поцелуя На щеке, и звон колец. В полнолуние колдую На слияние сердец. Ты меня не отпускай! Я устала от падений. Крыльев нет... Из края в край... В этом мире отчуждений Ты меня не отпускай! На цыпочках... На цыпочках, боясь задеть Луну, Мы пробирались по уснувшим крышам. А город был у тишины в плену, И стук сердец необычайно слышен. Спугнули кошек вон на том углу. Не только нас притягивают звёзды. Ты пошутил про старую метлу - За ней вернуться, мол, еще не поздно. Смешинки бисером скатились вниз За воротник таким, как мы, гулёнам. А я бесстрашно села на карниз, Ногой касаясь крайней ветки клёна. И ты дышать боялся, вдруг вспорхну И улечу, и поминай, как звали... Скользила ночь по лунному пятну, И темнота развешивала шали. Потом сидели рядом, на краю, И ждали пробуждения рассвета, Встречали вместе робкую зарю. Вот только, знаешь, мне приснилось это... Капли боли Капли боли в глазах и жасмин на окне, Затаённое 'вдруг', ожидание лета, Наизусть все стихи и стакан 'Каберне', И забыта тобой впопыхах сигарета... Запрещённый удар, но ведь это не бокс. Не уйти за канат, не прикинутся мёртвым. Чем ты ближе - тем дальше, такой парадокс. Ты по чётным со мной, ну а с кем по нечётным? Может, купим часы или новый сервиз И на счастье его без стыда укокошим?! Соглашаешься будто, а сам уже вниз Убегаешь, толкая случайных прохожих... Снегом станет вода и жасмин отцветёт. И опять в стороне чьё-то счастье вершится. Ну а мне бы лишь выдох, и крылья на взлёт. Ты был болью моей, я - твоей небылицей... Рисунок на обоях Я - всего лишь рисунок на старых обоях Торопливым мелком - точка, точка, овал. О пиратах, морях, кораблях и прибоях Мой художник, наверное, с детства мечтал. На обоях цветы, а в мечтах - альбатросы, Шлифовал ветер души и парус трепал, И 'свистались наверх' юнги все и матросы, И от страха к рукам прижимался штурвал. А потом, на земле, в тихой старой таверне, Обжигаясь, глотали живительный ром, Пропуская тринадцатый тост суеверно, И как медью азартно соря серебром... Мне бы жить - не тужить, здесь на пыльных обоях, Но художника мел подарил мне фрегат. Подхватил ветер парус, качнуло волною, Не успела 'прости' на прощанье сказать... Любить вприглядку Если хочешь, я любовью поделюсь. Как горбушку, поломаю пополам. Где грустил унылый минус, будет плюс Снова мило улыбаться зеркалам. А стемнеет, разведу огонь в груди. Не сгорим, так закалимся сгоряча. Если ждет нас злая стужа впереди, Не погаснет на ветру моя свеча. Добрым утром спозаранку одарю, А на завтрак - поцелуев кутерьма. Ах, как сладко целоваться поутру, А потом вдвоем с тобой сойти с ума. Если хочешь, я любовью поделюсь. Мне не жалко и, конечно, по плечу. Под окном твоим травинкою пробьюсь, Но любить тебя вприглядку не хочу! Прощаться не будем! Прощаться не будем - плохая примета. Надеюсь вернуться, хотя бы дождями. Хотя бы последнею строчкой куплета Однажды проплыть над твоими огнями. Пройдусь напоследок родными дворами И каждой вороне скажу: 'Уезжаю...' Сквозь стекла окна пообщаюсь с горами: 'Я к вам прилечу, ни на что не взирая!' Собраться в дорогу - не легкое дело. Большая дорога - большие проблемы. Работает разум, душа очумело Глазеет на ставшие голыми стены. Ну все... Мне пора. Посидим на дорожку? Украдкой не плачь у меня за спиною. Чернику полить не забудь и морошку, Да мхом их прикрой от июньского зноя. Да, все уж собрала... Скажу без утайки, С собой увезу первый снег и закаты, Пушистики вербы и первую чайку, И важной реки у моста перекаты. И небо, которое можно потрогать, С его облаками - небесным театром. И эту, такую родную убогость... А весь негатив я оставлю за кадром. Прощаться не будем - плохая примета. Но в прошлую жизнь не достанешь билета... Все образуется! Все образуется и будет тихий праздник Для двух, до края излюбивших, душ. Застынет все вокруг, но ветерок-проказник Не даст разгладить лица мутных луж... "Все образуется", - мы шепчем как молитву, Порой, не веря праведности слов. Махнув на все рукой, ведем себя на битву За радость неснимаемых оков. Все образуется? Но нас никто не спросит, Гранит у ног поставить или крест. Весна дождем всплакнет, иль зарыдает осень. В земле еще полно вакантных мест. Все образуется! Хватило б только жизни. Рассвет оставит след на парусах, Закрасив черный цвет тоски и укоризны, И отражаясь в сонных небесах. Про поэта Рифмовал он ее с облаками, С неразгаданной тихой печалью. Разводил повседневность мостами, Неизбежность сжимая спиралью. На листе приглашающее-белом Проявлял отраженье мечтаний. Поцелуем касался несмелым В бесконечном плену ожиданий. Он просил у судьбы позволенья Из ладоней напиться надежды. Он вплетал между строчек волненье И ее кружевные одежды. То смеялась, то плакала Лира, Зажигая сердца, как пожары......А она полюбила банкира, И уехала с ним на Канары. 'Волки' Не прячься в ладошки, увы, не поможет! Ты загнана, словно пугливый зверёк. Натянуты нервы и холод по коже, И солнце на небе как кровоподтёк. И медленно-медленно круг свой сужая, Оставив за спинами шанс на побег, Матерая волчья свирепая стая Дыханьем горячим оплавила снег... Все страхи твои, будто злобные волки, Впиваются в душу клыками разлук. И слезы не слезы уже, а иголки. Но смелости нет разорвать этот круг. Вот страх под названием 'Ты мне чужая', Готов к нападению страх 'Уходи', Оскалился страх 'Я тебя отпускаю', И 'Мне все равно' как вожак - впереди. Мы сами себя запираем в темницы Придуманных страхов, навязчивых снов. И кровью слова обагряют страницы, Стекая с оскаленных острых клыков... Я твоя небыль Не лакаю уже волчицей Лунный свет из ковша неба... Полуночной взметнулась птицей. И теперь я - твоя небыль. Остается только ладони Протянуть для мольбы Богу. Не родились еще те кони, Что за птицей взлететь смогут. Ни добром, ни суровой плетью Не заставить нестись ветром По срывающим дух соцветьям, По верхушкам шальных кедров. Да и мне, знаешь, мало нужно - Лишь забыть о тебе вскоре, Да не выть по ночам натужно, Запивая Луной горе... Мой город уехал... 'Ехала деревня мимо мужика...' - народная потешка. Однажды, при свете прохладного дня, Мой город печальный покинул меня. Свернулись дороги тугим узелком, Набились березы в вагоны битком, Слезинку смахнул опустевший вокзал... Мой город уехал... а я опоздал... Слоняюсь, как тень, по пустой тишине. Лишь гулкое эхо вздохнет обо мне. Бездомным котенком заплачет зима. Уехали школы, заводы, дома... Простились со мной старый парк у реки И дальней деревни витые дымки. Мой город уехал... Но в сердце моем Останутся окна с весенним дождем, Останется улица, полная грёз, И длинные ноги кокеток-берёз. И вряд ли забыть я когда-то смогу Вишневые тени на белом снегу... Нарисуй меня, Художник! Нарисуй мою улыбку ранней вишней скороспелой. Вздрогнут шторы, отзовется на приветствие свеча... И вишневым терпким соком под твоей рукой несмелой Неожиданно нальются мои губы, чуть горча... Нарисуй мой взгляд, манящий за собою в неизвестность. На зелено-сером поле солнца рыжего лучи... Ты же знаешь, что на счастье эта мне дана трехцветность. И забьется сердце громче вдруг в объятиях ночи. Нарисуй меня, художник, на листе печально-белом Легким взмахом нежных пальцев и движением души. И в своей пустой квартире, в своем мире потускнелом, Удивительно случайно сказку, чудо соверши! Прости... Пора, пожалуй, попросить прощения За горький край надломленной души, За глупых мыслей кругообращение, И за Медведиц стылые ковши, Которые так ждали продолжения Красивой сказки на семи ветрах. Хрусталь разбит. Осколки-возражения Вскипают кровью, а по венам - страх... По нервам дрожь гитарными аккордами. И намертво застыли все слова Банальными газетными кроссвордами. Ответов нет и кругом голова... Прости за сны, в которые незваная Боялась ненароком забрести. За то, что от своих сомнений пьяная, Зажать мечту надеялась в горсти. Прости за то, что от молчанья корчилась... Что от любви тебя не сберегла... Что жизнь моя на этом не закончилась... Прости меня за то, что я... была... Застывшая любовь Застывшая любовь... Закованы надолго Под прочным слоем льда доверие и боль. И сердцу наступать по хрустким иглам колко. И не на что менять промерзшую юдоль. Застывшая любовь в разгар хмельного лета. И вместо птичьих стай - метели горьких слов. Стеклянные цветы прощального букета... Извечное 'прости', объятия снегов. Застывшая любовь и холод ожиданий Сгущают кровь твою и сердце леденят. Но не боится пусть душа похолоданий - Все нежное всегда на холоде хранят! Ты не такая, как я! Ты не такая, как я, ты - весенняя! Лужам доступны твои отражения. В сердце пурпурном таится Вселенная, Вся из хрустального воображения. Чутких ладоней звенящие линии, Правда ли, нет ли, открыты в туманности. Ты не такая, как я, ты - предзимие, Снежного неба прохладные странности. Волосы, осени рыжей дыхание, Переплетаются с ливнями шумными. Ты - это листьев последних венчание С ветром любезным порою безлунною. Северной ночи полярные всполохи Нотной страницей к тебе изгибаются. Только ошиблись немного астрологи - Это в глазах твоих звезды рождаются. Ты не такая, как я, ты - пьянящая Клеверным лугом и спелыми вишнями... Я - лишь слова, ну а ты настоящая, Бережно в сердце меня сочинившая. Да святится имя твое (акростих) Давай не будем грезить невозможным. Абсурдно ждать зимой июньских гроз. Самовнушеньем тешиться не сложно, Всего трудней - исполнить свой прогноз! Я не хочу загадывать на завтра. Ты здесь, со мной, все остальное - сон! И наших дней пусть пролетают кадры, Танцуют души медленный бостон. Сиянье глаз, руки прикосновенье, Янтарный свет мерцающих свечей... Избитых истин новое значенье Мы обретем в бессоннице ночей... Я знаю, сны - обман. Назло обманам, Твоей тропой сквозь время проберусь. В окно к тебе я постучусь туманом. Ожившим сном с тобой переплетусь, Едва касаясь солнечных лучей... Бес и Ангел На забытом Богом полустанке, На границе тверди и небес, Встретились случайно падший Ангел И отважно воспаривший Бес. Ангел словно весь побитый молью. Хмурый взгляд, обкрылки за спиной. Знать, не очень счастлив этой ролью, Этой затянувшейся игрой. Бес, напротив, выглядит отлично! Чисто вымыт, кажется побрит. И совсем уж очень нетипично Над рогами что-то там блестит... Все застыло, словно на открытке. Не желал вязаться диалог. Ангел был низвергнут за попытки Разобраться где порог, где Бог. Ну а Беса мучила загадка - Правду, нет ли, люди говорят, Что чертей на небесах нехватка, Не пускают, дескать, в Рай чертят. День старел, теряя торопливость. Отражали вечность зеркала. И во всем какая-то фальшивость, Непонятность гулкая была... А потом, махнув на все беспечно - Смысла нет мечтать о журавле! Бес и Ангел обнялись сердечно, И грешить остались на Земле... Был день один... Был день один длинней, чем жизнь моя. В тот день погасло солнце, смолкли птицы, До дна промерзли реки и моря... И только горьких мыслей вереницы - 'Прости меня' и 'Бог тебе судья' - Пронзали тьму... А ветер рвал страницы... Страницы наших не рожденных книг И наши ненаписанные песни. Но был безумно краток этот миг, Чтобы понять, постичь, простить, воскреснуть. Чтобы опять друг к другу, напрямик, Бежать... Гореть огнем небесным... Небесный свод давно устал от бурь, От наших неоправданных сражений. Проела ржа невинную лазурь. И я теперь - Царица Поражений. И день прошел, и поселилась хмурь В моей душе... В краю опустошений... Двери... Кидает из минуса в плюс. Не просто дается победа! Сама над собой веселюсь В объятьях полночного бреда. Пишу и сжигаю стихи, Сама вместо них возгораюсь. Под слоем сплошной чепухи Из груды обид выбираюсь. Сама себе ставлю в укор Свое нежелание верить. И камнем срывается вздор. И снова в закрытые двери Ломлюсь, все надежды рубя. Сознанье с душой взбунтовались!...Я двери рвала на себя, Они ж на тебя открывались... За все тебя благодарю (акростих) Заветных слов сердечная отрада, Аниса запах, волшебство огня, Вино в бокале - бренность винограда... Слова сильнее душу опьянят. Еще не поздно стать чуть-чуть поближе. Трепещут крылья бабочек - ресниц. Единодушно тени станут выше, Барьеры наши чтобы пали ниц. Я не нарушу таинство сближенья, Благодаря за этот нежный миг... Ломались в стеклах наши отраженья, А души мчались к звездам напрямик!.. Горчила мысль о близости финала. Обрывки фраз слагались к алтарю... Да, я сказать в тот вечер опоздала - Ах, как же я тебя боготворю! Рассвет терзает душу, как и прежде... Ютится в сердце капелька надежды... Мой сон Хочешь, расскажу тебе свой сон? Сядь спокойно, чай налей и слушай... Я во сне на свой пустой балкон, Как белье, развешивала душу. Но с веревки сорвалась душа, Резвой птицей белой заметалась. И надежды все мои круша, Улетела... и не попрощалась... Ну а я? Осталась без нее... Без души я просто - оболочка. Может, где-то в небе воронье Растерзало душу на кусочки? Ну а может, среди птичьих стай Стала там царицею небесной? Ты не знаешь, есть ли птичий рай? Лучше там, чем в этой клетке тесной......Снова будет ласковый рассвет С темнотой украдкой целоваться... Если встретишь, передай привет!.. Вот такие сны мне часто снятся. Бродяга Мне говорил один бродяга, Что, дескать, жалко нас ему, Не можем сделать мы ни шага, Чтоб без оглядки на 'корму'; Лелеем тесные квартирки, Диваны к телу приросли, Детей, вон, скоро из пробирки Сумеем лишь произвести; Что каждый сам себе дорогу Упорно к кладбищу столбит, И что без пыльного порога В груди и ноет и свербит. Ему все это непонятно: 'Ну что за счастье в конуре? Поверь, мне солнечные пятна Дороже пятен на ковре! И шум лесов приятней уху, Чем пьяный вой соседских дам!' А мне же не хватает духу Довериться семи ветрам... Я только в мыслях улетаю За тридевять волшебных рек, Туда, свобода где без края, Туда, где зверь и человек Живут бок о бок, словно дети Единой матери - Земли. Туда, где ружья, клетки, плети Травою буйной заросли... И остается только в рифмах Скорбеть о тщетности мечты, Сгребая счастье в баксах, гривнах, В плену грошовой суеты... 'Антилюбвин' Болею не гриппом, не корью, Не жуткою зимней мигренью, Болею несчастной любовью, Брожу за тобой нервной тенью. В пылу лихорадки желаний Молюсь твоим окнам-иконам. В бреду полуночных мечтаний Завязло 'люблю!' в горле комом. Никак не восстать над мечтою, Не выдрать из сердца занозу, Никак не проститься с тобою. Мне 'Антилюбвина' бы дозу Принять и вернуться свободной, В ту жизнь, что казалась ненужной. Принять, снова стать беззаботной. И вновь пред тобой... безоружной... И снова по скользкому кругу - Вослед за твоею улыбкой! И снова с любовным недугом Бродить по поверхности зыбкой... 'В лунном сиянии...' 'В лунном сиянии...' голос струится. Сердце любимого сковано ложью. Не приголубить и не повиниться. Слепо бреду по его бездорожью. 'Снег серебрится...', а ночь все темнее. Глупые души блуждают в потемках. Боль - это приз в затяжной лотерее. Пригоршню снега в глаза мне поземка... 'Вдоль по дороге...' Начать все сначала? Все уложить и заклеить любовью? Алого чуда не ждать у причала? Снова себя заразить 'безголовьем'? 'Троечка мчится...', а милый все дальше. Нет понимания там, где не верят! Где есть любовь, там нет места для фальши! Где доверяют, там не лицемерят! Прочитанная книга Тебе так нравилась обложка И разноцветные картинки. Листал ты очень осторожно, Сметая мысли-паутинки. Читал запоями сначала, Не пропуская ни сюжета... Дымились палочки сандала, Себя в расход пускало лето... Ты на полях писал признанья, Что, мол, согласен на взаимность!!! В конце три знака восклицанья, Как вместе быть необходимость. Потом ты начал править фразы, Сюжеты, действия, финалы... А за окном зима алмазы Под ноги щедро разбросала... И книга быстро оказалась Знакомой до последней строчки. Корзина - вместо пьедестала. А нежность стала лишней точкой. Увы, прочитанные книги Толкнут на новые интриги... Я теряю голову (акростих) Я не железная леди, поверь. Тернии не одолеть босиком... Если захлопнули намертво дверь, Разве любовь удержать под замком? Явью становятся страшные сны. Юзом скольжу по границе ума. Голос постиг правоту тишины. Окна ладонью закрыла зима. Любишь - не любишь, гадать не берусь. От безысходности плачет Луна. В сердце твое все равно достучусь, У 'безголовой' надежда одна... Женщина, которая поэт (акростих) Жар-птицей в руки отдалась, не обжигая, Ей Божья милость, ипостась, судьба такая. Награда это или боль, судите сами. Щедрот всевышняя юдоль, связь с небесами. Игрой казались все стихи, смешным причастьем, Набором праздной чепухи и мнимым счастьем... Алмазной гранью мастерства сверкнули строки, Коснулись края волшебства любви уроки. Оазис среди серых дней, среди пустыни. Талант принес ей блеск огней и вкус полыни... Отважно угли вороша, шагает в пламя. Раскрыты сердце и душа, любви желая. Амура ждет она стрелы, но тот все мимо. Янтарной капелькой смолы застыло имя. Прозрачным горем по щеке слеза скатилась. О, Боже, ну за что тебе такая милость? Эмоций полный пируэт от горя к смеху... Талант - ярмо тебе, поэт, и путь к успеху! Я тебе никогда не снилась Я тебе никогда не снилась, Не стучалась в окно рассветом. По щеке слезой не катилась, Не звучала в душе сонетом. На следы твои не ложилась Снегом белым, морозом хрупким. И порою ночной не билась Телефонным молчаньем в трубке. На ладони к тебе синицей Безбоязненно не садилась. Разгорающейся жар-птицей Я в объятьях твоих не билась... Ну и что, разве дело в этом? Что не держишь, то не обронишь. Мне достаточно знать что где-то Обо мне в час печали помнишь. Бандероль Соберу в одну коробку Нерастраченную нежность, Нашей первой встречи тропку, Зимней ночи белоснежность, Неучтённые полёты Над прохладой разногласий, Все весы твои и счёты - Сокрушители фантазий. А еще туда - внушенье Не влюбляться безголово, И пропавшее уменье Пониманий с полуслова, Бесполезный ныне опыт Ожидания свиданий, Заказные гороскопы И раздвоенность гаданий. Уложу рядком секреты, Что уже проелись молью, И отправлю всё с приветом Адресату - бандеролью! Разлука и Встреча (акростих) Разлука набирает обороты. Ад на земле, агония в горсти. Забвение разинуло ворота. Ласкает горло: "Господи, прости!" У края жизни, у конца Вселенной, Когда уже ни крикнуть, ни шепнуть, Адажио потерь, душой смиренной, Играет сердце, прежде чем уснуть... Внезапно обретаю силу веры. Свиваю в кольца ожиданий дым. Тебе навстречу через все барьеры Рвану душой и сердцем бунтовским!... Едва ли сможем мы урок извлечь, Что расставание - предтеча встреч. А сами сердце вздором бередим... Каждый сам по себе Каждый сам по себе - два пути, две судьбы. Больше незачем лгать и лукавить. Вышли оба из этой мудрёной борьбы. И теперь ни отнять, ни прибавить. Победителей нет, проиграла Любовь. Счет ничейный 'ноль-ноль' на экране. И хоть волком рычи, хоть скули, хоть злословь, Не удержишь её на аркане. Были слёзы и клятвы, но всё истекло. Таймер жизни застрял где-то в прошлом. Стало мутным меж нами влеченья стекло И вернуть ничего невозможно. У меня - новый друг, у тебя - никого. Видно что-то ещё не истлело. Только всё не пойму, как же так, отчего В сновиденья являешься смело? Я повешу плакат 'Вход тебе запрещён! В моих снах тебе больше нет места!' Каждый сам по себе. Рубикон перейдён. И теперь я чужая невеста... Пустая душа (акростих) Пустой душе не нужно поцелуев. Уста закрыты, сургучом печать. Слова мои, от боли обезумев, Твои преграды не смогли сломать. Алмазный холод - вот моя награда. Янтарный блеск отвергнутой любви. Душа пуста и не горит лампада. Услышь меня и боль благослови. Штурм отложу, оружие под ноги... А по душе напишут некрологи. Ты сейчас улыбаешься Ты сейчас улыбаешься, знаю, В тишине колдовской ночи. И луна отражается в чае, Словно выпить глоток хочет. На коленях мурлыкает кошка, Этой жизни познав тщетность. Серебром отливают дорожки, Выявляя зимы щедрость. Сны твои заплутали где-то. Зимней ночи прошла зрелость... А тебе вспоминается лето, Поцелуев моих смелость. Землянично-вишнёвые сказки, Обжигающих слов трепет, Сокровенно-безумные ласки, Танец звёзд на ночном небе... Ты ко мне возвращаешься часто. Снам твоим не страшны вёрсты. В грёзах снова взрываются страсти И танцуют со мной звёзды. Не будите Весну! Не будите раньше времени Весну! Спит она в цветастой колыбели, Находясь у забытья в плену, Позабыв на время про капели. Снятся девочке вишневые сады, На пригорке - солнышка дорожка, А на ней - любимого следы И побеги дикого горошка... Снятся ночь, луна и тишина, Звезды, каждая величиной с ладошку! И во сне пытается Весна Стать любимой, хоть бы понарошку... Не будите раньше времени Весну! Пусть ей снится, что она любима! Пусть идет по звездному мосту Девочка-весна неудержимо... А помнишь? - А помнишь, Небо и земля поменялись местами, И мы шли по облакам, думая, что это снег, И ловили нашу радость, как снежинки, губами? А будущее пятилось назад, чтобы взять разбег... А знаешь, Когда зима воскрешается снегами, И память пытается защитить от вещих снов, Время тогда измеряется твоими шагами, И количеством непроизнесенных вовремя слов... Ты плачешь? - Нет, это оплакивает себя вечность, Прожитая под обычным небом, без твоих гроз, Наша разлука оплакивает мою беспечность И оставленный без ответа единственный вопрос. А впрочем, Слезы еще тогда обратились в камни, Когда небо в первый раз отвернулось от земли, Когда мы решили лучше стать добрыми врагами, Потому что злыми друзьями уже быть не могли. - А хочешь, Я попрошу у прошлого ту улыбку, И буду снова смотреть на мир теми глазами? А настоящее возьмется исправить ошибку Или, хотя бы, снова прикрыть ее небесами... - А сможешь?... Я буду ждать тебя! Когда подойдет к концу эта вечность, Именуемая временем ожидания, Когда мыльные пузыри твоих слов Лягут в основу моего мироздания, И в пустоте растворится бесконечность В одиночестве проведенных часов, Я услышу, как дорога предвкушает твои шаги, Замирая и вздрагивая при каждом вздохе, Как секундная стрелка дрожит от нетерпения И каждая секунда подобна целой эпохе, И заливаются проливными дождями все четверги, И кровь доходит до температуры кипения. И я забуду все обиды и стенания, Отряхну с себя сплетни и наговоры, Раздавлю ростки недоверия, Сорву с петель все засовы и запоры, И буду ждать тебя на пороге, сдерживая дыхание, Скрестивши пальцы из-за суеверия... Мы на крестах не умирали Мы на крестах не умирали, Не воскресали на рассветах, Не нами выбиты скрижали, Не нами писаны заветы. Покровы грубой власяницы Не защищали нас от стужи. Не мы карающей десницей В пасьянс укладывали души. Не нам веленье было свыше Облечь себя святым юродством. Не мы, царям грозя бесстыже, Пугали всех своим несходством. Не мы, не нас, не нам, не нами... Живем в кредит, любя вполсилы, Раскрасив жизнь полутонами, Святые позабыв могилы. И наша вера меркантильна - Она лишь дань публичной моде. И руки опустив бессильно, С душой своей живем в разводе. На другой стороне любви На другой стороне любви Не проснулись еще метели, Не забыли еще соловьи Полуночных свиданий трели. Не устала еще Луна Улыбаться сквозь небо щедро. И, как прежде, дрожит струна, В унисон попадая с ветром. Там еще согревают ночь Два дыханья в одной истоме. Там сомненья прогнали прочь, И доверие там на троне. На другой стороне любви Все так гладко, спокойно, чинно... Ты туда меня не зови, Я - бессонниц твоих причина. Не смогу я примерно тлеть И шептать в этой сонной неге. Мне кричать надо, выть, гореть, Разбиваться в безумном беге......И потом, на исходе сил, Мое имя благослови. На другой стороне любви ТАК тебя никто не любил... Только словом... Только словом, только взглядом, Мимолётом, мимоходом.... Пусть не вместе, пусть не рядом, Пусть случайным эпизодом. Пусть разделится на слоги, И по слогу - раз в столетье! Мне такие диалоги Словно радуги соцветье. Пусть замесится покруче От твоих уроков тесто. Значит, будет хлеб пахучей. И не важно, что не вместе. И не больно от падений. Упаду, начну с начала! Только б меньше искажений! Только б музыка звучала! И не словом, и не взглядом, Только еле слышным вздохом Я с тобой останусь рядом... Может все не так уж плохо?.. 'Казнь' Нежных слов восковые огарки Оплывают, не ведая страха. Восхождения новой бунтарки Ждет предательства грозная плаха. Нет зевак, лишь надежная стража Из признаний пустых и фальшивых Немудрёного ждет эпатажа От возврата надежд сиротливых. Да палач в черной маске прощанья Наблюдает без слез и улыбки, Как любовь отдают на закланье Из-за чьей-то нелепой ошибки... Восхожу на помост, как на сцену! Палачу - крест нательный, как брату. И как дар принимаю измену, Казнь свою - как святую награду! Счастье мое Счастье мое суматошное, Чуткое, неуловимое. То от разлуки тревожное, То на двоих неделимое... То ранним утром растрепано, Лучиком солнца оглажено, Нитью суровой заштопано, То тишиной взбудоражено. Чудишься, снишься, придуман ли? Стены сомненья разрушили. Словно сердца обезумели, Словно умом занедужили. Ты - огонек мой блуждающий, В сердце мое замурованный. Из забытья возрождающий, Мне за печали дарованный. Счастье мое безысходное, Сон, обернувшийся мОроком... Счастье мое сумасбродное, До возвращенья... нескорого! Под музыку печали... Я живу под музыку печали, Под мотивы неразменной грусти. И минорных нот горизонтали, Как до боли стянутые узды. Сны мои нанизаны умело На страданья одинокой скрипки, Той, что от разлуки сатанело Воскрешает все мои ошибки. И рефреном тянутся по жизни Тема погашения желаний, Тема молчаливой укоризны И одноголосие мечтаний. Я пишу под музыку разлуки, Облачая в рифмы откровенья. И печалей горестные звуки Открывают тайны вдохновенья. В пустой душе В пустой душе, как в проданной квартире, Следы от ног и мусор по углам. И только разум - страж хмельной в мундире - Упрямо выметает этот хлам... Все под метлу - бессонниц злые ночи, Ожоги от обид и от вранья. Ворча под нос и голову мороча Самой себе, спасаюсь от себя... И кажется, что избавленье рядом, В одном углу, под старым барахлом. И торопливо провожаю взглядом Пичугу-боль с подраненным крылом. Но заплутали в коридорах эхом Фантомы не рожденных нами встреч. Мелькнувшим словом, сном, скользящим смехом, Надежда шалью ниспадает с плеч. В пустой душе закрыты насмерть двери. Как ни мети, останется все в ней - Твои следы, обман, мои потери, И эта боль, что мне всего милей... Я говорила Я говорила 'улечу'... Да вот беда, Сломались крылья в эту вечность у меня. И не живая кровь, а ржавая вода По венам бьется, душу леденя. Я говорила 'не умру'... Я наврала! Я в эту осень, как ни странно, умерла. Но не по мне взрывают кровь колокола. Не в честь мою ослепли зеркала. Я говорила 'не уйду'... К чему слова? И в это утро повернулась и ушла. Я не невеста, не жена и не вдова. Слова - лишь кучка битого стекла... Я говорила 'не умру'... Едва жива Я в эту жизнь следы искала наугад. И будет новый сон и неба синева, И будет день длинною в шаг назад. У нее... У нее фиалки на окне Оживляют взгляд печальных рам. У нее на выцветшей стене Возникают тени прошлых драм. На столе - раскрытые стихи С карандашной птичкой на углах. И слегка капризные духи Запятою легкой на висках. У нее старинные часы, Из своих вневременных глубин, Расправляя стрелки как усы, Отбивают дату именин. У нее в шкафу, держу пари, Посреди кипенно-белых рек, Старые живут календари, Сохраняя промелькнувший век. И гитара кошкой на ковре Изогнулась, струнами мурча; И огнём разлилась в серебре На камине строгая свеча... В одиноких сумерках души Лишь воспоминаний едкий дым, Да Медведиц звездные ковши Ей напоминанием пустым. Но, не сожалея ни о чем, И прощая всех, кто уходил, Разбавляла капли слез дождем Под неодобрение светил... Я люблю Всего лишь несколько слов И тихое 'Я люблю...' Крушило устои дворцов, Развязывало петлю. Сжигались дотла сердца. На кон выставляли жизнь. О смерти молили Творца, Душой улетая ввысь. И камнем потом к ногам. И ждали, хоть сотни лет, На миг чтоб прижать к губам, Услышать 'люблю' в ответ... А надо-то только - жить! И ждать, как никто не ждет! И верить, хоть впору выть Всю ночь и всю жизнь напролет! И где-то на стыке миров, Сомненья сведя к нулю, Услышать несколько слов И тихое 'Я люблю...' Меняю Меняю прошлое на свет в конце туннеля. Меняю боль на новые стихи. Разлуку в мае на обман апреля. Свою невинность - на твои грехи. Твое молчание - на обещанье верить. А сны на явь меняю, как хочу. Твои находки - на мои потери Мне поменять, наверно, по плечу. Меняю жизнь с тобой на завыванье вьюги. Тепло огня - на заметенный сад. В немой молитве сложенные руки Меняю на полночный звездопад. Меняю трезвый ум на право быть блаженной, Меняю грусть на радость бытия. Но лишь одно оставлю неизменным - Мой мир, в котором больше нет тебя. Диалог Ты была картиною без рамы. Я - твой неудачливый художник. И про нас слагали эпиграммы Из-за белой зависти, возможно. Ты была любовной серенадой. Я - певцом уже давно охрипшим. Засыпали с утренней прохладой, А будил нас стук дождя по крыше. Ты была прекрасной белой астрой. Я землей к корням твоим ложился. Ты ушла... Старались мы напрасно. Наш с тобой роман не получился... Я была наивной глупой птицей, Что летать без милого боялась. Я была всего лишь небылицей, Над своей нелепостью смеялась. Я была тенистым скучным садом Заслоняла свет тебе в окошке, Заметала душу листопадом, И любовь дарила на ладошке. Я была... Старались мы напрасно. Промах из-за сбитого прицела. Я была прекрасной белой астрой? Я твоей любимой быть хотела. Представь себе... Представь себе, что смысла нет, И в каждом дне - лишь только стыд. Представь себе - парад планет Заставил нас рыдать навзрыд. Представь себе, что 'соль Земли' Расфасовали по кило. На ценниках пестрят нули, Являя жуткое число. Представь себе, что по рукам Пустили совесть и добро. А сталь, привыкшую к вискам, На хлеб меняют у метро. Представь себе, что корабли В утиль списали паруса. Синицы в клетках, журавли, Представь, пропили голоса. И вместо сна теперь лишь смерть По расписанию идёт. Страстей избитых круговерть Кромсает в клочья каждый взлёт... Привыкание На землю падали избитые слова С обрубленными крыльями признаний. В единый миг лишились волшебства, Столкнувшись с горем разочарований. Сочилось болью первое 'люблю', Затертое от частых повторений. И оказалось, что равна нулю Причина прежних головокружений. Покрылись пылью пылкие слова, Звучавшие когда-то заклинаньем. Любовь? Она пока еще жива. Мы просто заболели Привыканьем. Скатертью дорога! Скатертью дорога, ветер в паруса! Поцелуй прощальный... Впрочем, ни к чему. Пусть теперь другая верит в чудеса. Я же покидаю сладкую тюрьму! Очень надоело быть твоим шутом, Клоуном кривляться у вельможных ног. Пряник не дождалась, ты всегда - кнутом. Вызубрен душою каждый твой урок. Как искусный скульптор ты меня ваял, Под себя подстроив все мои 'хочу'. До сих пор не знаю, чем меня ты взял? Как замок поддался твоему ключу? Горы золотые поросли быльем. Клетка проржавела, птичка умерла. Слез моих капели ты считал дождем. Мне же не хватало чуточку тепла! В общем, оставайся, не зови, не жди. Ветер пусть попутный будет кораблю. Новую игрушку лучше береги, Не стесняйся чаще говорить 'люблю'... Все пути ведут к тебе Пути, дороги, перекрестки. На юг, на север, на восток. И тишина мне снова хлестко По сердцу бьет наискосок. И не прикрыться от удара, Не раствориться в суете. Боль принимая, словно кару, Любовь распяла на кресте. А после на ее поминках В жилетку плакалась судьбе... Другую выбрала тропинку, Но все пути ведут к тебе. По полочкам Расставим все по полочкам, Согласно расписанию: Иголочки - к иголочкам, Молчание - к молчанию. Поближе откровения, На видном месте - нежности, Твои прикосновения И знаки неизбежности. Права и обязательства Отдельно от приятностей. Подальше с глаз предательство И прочие превратности. Вот полочка с прощаньями, С мечтами и улыбками, С твоими обещаньями И золотыми рыбками... А дальше - двери тщательно Захлопнуть, и на полочке Оставить ключ желательно, Налево от иголочек... Ты придешь Ты придешь, а дверь моя закрыта, В окнах - отраженье пустоты. На пороге в спешке позабыты Неосуществимые мечты. Сиротливо топчется у входа Парочка уже ненужных фраз: 'Как дела, здоровье как, погода?' На крылечке - нежности запас. Ты присядешь рядом, осторожно Отодвинув в сторону мечты, И слезу тайком утрёшь, возможно, Сердцем закричав до хрипоты. И замрешь, печалью одержимый... Но как выстрел - цокот каблуков: 'Я за хлебом бегала, любимый! Заходи, обед давно готов!' Не надо... Вот только не надо, не надо Во всем обвинять эту осень. Дорожки остывшего сада В немом изогнулись вопросе. Да, я не успела к началу Осеннего спешного бала. Предай же меня трибуналу За то, что я с летом мечтала. За то, что я с легким туманом Из речки лакала прохладу, И радугу с неба арканом Тянула тайком, воровато. За то, что стрижей суетливых Пускала вдогонку за летом, В плакучих проплакала ивах, Зарделась зарею с рассветом. А после улыбки считала На лицах случайных прохожих А ты говоришь - опоздала... В деньках заплутала погожих. Обстоятельства и Мечты Отгремели бои на изломе страстей. Победили твои Обстоятельства. Войско глупой Мечты навидалось смертей, Не впервой мне души истязательство. Пленных ты не берешь, ни к чему лишний хлам, Все мечты подлежат истреблению! 'Не всегда жизнь идет так, как хочется нам! Мы не в сказке живем, к сожалению!' Ты опять победил, наступил на крыло. Не летать, не мечтать, не опомниться... Верю я, Обстоятельствам мрачным назло, Наши души Мечтами наполнятся!!! И когда, замерев на пороге мечты, Вдруг услышишь призыв Обстоятельства, Ты распустишь войска, и разрушишь мосты, И со мной улетишь в Помешательство! 'До' и 'После' Разделю на 'до' и 'после' То, что было неделимым. Очевидно, стала взрослой. Значит, детство излечимо. Значит, в сторону обиды И нелепые сравненья, Отменяю панихиды И полуночные бденья! Потому что очень жалко Тратить время на потери. Больше я не приживалка При хранилище истерик! Стану трезвой и... унылой? И в сундук упрячу дерзость? Ужасающе бескрылой? Боже мой, какая скверность......Разделю на 'до' и 'после' То, что было неделимым... Говорите, стала взрослой? Что же, это поправимо! Перед разлукой. Мы пытались казаться счастливыми. Повторяя избитые истины, Выделяли их в тексте курсивами, И себе объявляли амнистии. Невпопад отвечали вопросами - Уезжаешь? Когда? И надолго ли? И банальными красными розами Наши чувства случайно растрогали. От себя свое горе упрятали Под замок, за порог, за околицу! Вместе с горем тревогу проклятую, Да разлуку, седую невольницу. Мы пытались казаться счастливыми. Провожали друг друга в безлуние Под смущенными сонными ивами, Закусивши до боли безумие... Я жду тебя Я жду тебя, поспешным листопадом Твои следы на сердце укрывая, Листвой поникшей пролетая рядом, От страха потерять почти немая. Дождем свои не разбавляю слезы, Лучом заката их не вытираю. Я просто жду и плачу безголосо. Бредовая, бедовая, блажная... Я жду тебя, капризным первым снегом Твои слова в ветвях переплетая, Тропой остылой над уснувшим брегом Я жду тебя от края и до края. И первый снег не остужает душу, От неизвестности не вымерзаю. Я просто жду, хоть и душой наружу. Бредовая, бедовая, блажная... Я буду ждать, уставшими снегами Весной ручьем во след тебе сбегая. Я буду ждать слезами и стихами... Бредовая... бедовая... чужая... Дождь смеялся Дождь смеялся надо мной до слёз, Он не знал, что мы слезами плачем. Мой экзамен сдан без пересдачи, Ты меня вернул из мира грёз. Дождь решил, я вслед за ним смеюсь. Ни дорог, ни луж не замечая, Шла домой из призрачного рая, Волоча за хвост пиявку-грусть. Ты сказал: 'Реальность и мечты Никогда не ходят друг за другом!' Я мечтала, значит, по заслугам Сброшена на землю с высоты. Дождь смеялся надо мной до слёз, Чтоб собою скрыть мои печали... Наши разошлись диагонали. Вот такой рифмованный курьёз... Нас разделяют Время и Пространство Нас разделяют время и пространство. Но все законы вечные нарушив, Из жизни в жизнь мы со святым упрямством Через века соединяем души... Мы были вместе в прошлых воплощеньях, Но приходилось за любовь сражаться. В изгнаниях, забвении, лишеньях, Хоть мысленно, но за руки держаться! Ты мой Пигмалион, я - Галатея, Ожившая по воле Афродиты. Ты - Дон Кихот, а я же - Дульсинея, И в честь мою все мельницы разбиты! Мы быть могли Петраркой и Лаурой, А может, Данте с юной Беатриче, Двумя крылами на плечах Амура... Полет фантазий просто безграничен. Нас разлучило время и пространство. И в этой жизни мы совсем чужие. Но исподволь, с завидным постоянством, Друг к другу ищем тропки обходные... Маме Нетвердой линией рисую образ твой... Зверьком испуганным скользит слепая кисть. Ошибки все припорошу травой, Неточность сгладит первый павший лист. Добавлю капельку рассвета в бледность щёк, В улыбку ждущую вкрадется резвость птах, И, небом синим, вспыхнет василёк В слегка забытых маминых глазах. Лебяжьим пухом нарисую нежность рук. Росой заутренней разбавлю горечь слёз. Дождем омою раны от разлук, Но не закрасить серебро волос... Я сюда никогда не вернусь Я сюда никогда не вернусь. Только снами, распявшими разум, Загляну в эту серую грусть, Что в разлуке сверкнула алмазом. Я забуду и двор, и крыльцо, В робкой дымке горбатые горы, И луны изможденной лицо Сквозь небрежно закрытые шторы. Не всплакну никогда по весне, Запоздало втекающей в души, По бессоннице лета в окне, Комариным объятьям радушным, По назойливо-жгучей зиме, По застывшему намертво небу, По деревьям в седой бахроме, И по запаху свежего хлеба... Я сюда никогда не вернусь. Только снами, распявшими разум, Загляну в эту серую грусть, Что в разлуке сверкнула алмазом. Сердце Сердце пришила суровыми нитками. Путались нити, ломалась игла... Ветер о ночь разбивался калитками. Сердце пришила, тебя не смогла. В пальцы вплетались нежданные горечи. В сухости кожи - фатальность потерь... Убраны клетки, обрублены поручни. Не приручился обласканный зверь. Окаменело взирает из тщетности Прежняя я, боль держа на весу... Что там про флаги в поверженной крепости? Не расплескать бы победный сосуд... Сердце напрасно терзала иголками. Не удержать, хоть цепями увей! Ты уходил, кровоточа осколками, Сердце мое уносил от дождей... Утерянная Любовь Во всех уголках души расклеены объявления: 'Утерянную любовь просьба считать недействительной!' Месяц от ветра нырял В облаке над головой. Кто-то Любовь потерял В сумерках на мостовой. Тихо скатилась она, Тонко печалью вздохнув. Лопнула, видно, струна, Души двоих разомкнув. Кто-то в сторонку Любовь Сдвинул ногой в тишине. Кто-то в насмешку 'морковь' Скотчем приклеил к спине... Дворники утром смели В черный огромный мешок, Вместе с листвою сожгли. Прах разметал ветерок... Чужое счастье Забрела случайно я в чужое счастье. Потянулась сердцем к теплому огню. Словно совершила таинство причастья. Травы заменили колкую стерню. Заживали раны, отрастали крылья. Пробовала небо, сладкое на вкус. Затянулся разум паутиной, пылью. Слезы разорвались ниточкою бус. Расстилалась тенью, тишиной звенела, Эхом замирала на пороге сна......От чужого счастья горем захмелела. Оказалась горькой ранняя весна. Не смогла тебя я разделить на части. Тесен оказался дивный твой мирок. Не построить счастья на чужом несчастье. Я ушла... Спасибо, милый, за урок... Под нежный стон виолончели Под нежный стон виолончели, Под шелест ветра за дождями Мы оба одного хотели - Разлиться по земле ручьями. И убежать вдвоем куда-то, Соединив любви порывы, Туда, откуда нет возврата... Но плакали над нами ивы. Касаясь мокрых плеч ветвями, Вернуть обратно нас пытались... А мы, веселыми ручьями, Искрились, пенились, смеялись!... И были счастливы порывом Двух душ, соединенных в струях...Виолончель своим мотивом Звала к любви и поцелуям. Хотела музыка участья, Сближая нас мотивом ретро...Искрились брызги - слезы счастья, Под нежный стон и шелест ветра... Пусть остальные не беспокоятся! Над тобой - чайки, надо мной - вороны Небо затмили, в душу все ломятся. Не разметать нас по разные стороны. Пусть остальные не беспокоятся! Ты - ранний вечер, я - пробуждение. Много дано нам, многое спросится! Если не греет костер вдохновения, Значит, не стоит и беспокоиться. Над тобой - чайки, надо мной - вороны... Наша печаль за временем скроется. Стрелки часов лишь в одну бегут сторону. Пусть остальные не беспокоятся! В сердце... В сердце каленые прутья. Стылое солнце - под брови. Здесь, на границе распутья, К путникам кары суровы. Рвутся дороги о ноги, Памятью режутся вены. Меланхоличные боги Сделали зрячими стены. В душу до крика - жалость. В крике - покорность планиде. Нужно-то самую малость - Речь на своей панихиде... После уж - рюмку за душу, Две за 'земля будет пухом'. Мыслью крамольной наружу: 'Эх, кабы Богу-то в уши...' В крылья до неба - горесть. Горесть - нелегкая ноша. Кем-то допишется повесть, Все мои страхи итожа. Может, когда почитаю, Возле камина, на даче... 'Лучше налей-ка мне чаю! Да о стихах посудачим...' Я любовь отдала... Мое имя - осколок нетающий льда. Не зови меня, милый, по имени. Не беспечной снежинкой застыла вода - Стала колким мерцающим инеем. Мое сердце - огарок уставшей свечи. Не взывай, милый, к сердцу молитвами. Не теплом отвечают немые лучи, А стальными холодными бритвами. Мои мысли - кулак, разбивающий бровь. Не ищи, милый, смысл в многоточиях... Я любовь отдала за твою нелюбовь. Плод познания весь в червоточинах. Ночная SMS-ка На распутье между тьмой и светом Вздрогнешь ты от робкого 'скучаю'. Все замрет и лишь диван фальцетом Подпоет случайному трамваю. Да в часах опять вздохнет кукушка, Не часы считая, а ошибки. На ковре смешная завитушка Притворилась темной тенью скрипки. Отвечаешь спешно: 'Как ты? Где ты?' Сон запутался в твоих ресницах. Лунный зайчик разметал газеты. Знать, себя искал в передовицах. И вдогонку шлешь: 'Люблю до жизни!' И глаза в экран до одуренья. Пьешь коктейль из слез и укоризны С примесью любви и всепрощенья. Девушка и Смерть Она не стучала в закрытые двери, А просто ждала, может, выйду курить. Звонок затаился испуганным зверем... 'Не дашь ли мне, дочка, водицы испить? Устала немного, видать к непогоде. Да нет, все в порядке, попью и пойду. Гляжу, твоя жизнь еще только на всходе Росточком убогим у Бога в саду... Искусный садовник - отрада растеньям. Но сад так огромен, куда уж ему... Все дело в слепом и случайном везенье, Падет твое семя на свет иль во тьму. А после старайся уж сам пробиваться. И розой взрастешь или чахлым вьюнком. Итог одинаков - со мной обвенчаться. Косе моей промах, увы, незнаком...' И что-то еще говорила старуха Про старость, артрит и про боли в спине. Ушла, пожелав ни пера мне, ни пуха, Оставив Косу прислоненной к стене... Никогда? Никому? Никого? Никого. Никогда. Никому. Залегаю на дно одиночества, Погружаю себя в полутьму, Засыпаю под гнётом пророчества. Никого. Никогда. Никому. Строю стены глухого молчания, Доверяюсь не чувствам - уму. Допускаю души одичание. Никого. Никому. Никогда Не откроются двери доверия. Мне в тюрьме из хрустального льда Будет проще терпеть лицемерие. 'Никого. Никому. Никогда' - Как молитву шепчу пред иконами. И глаза отвожу от стыда, Поступаясь святыми канонами. На упрёк молчаливых богов Отвечаю улыбкой мороженной. Нет вакансий в душе искорёженной... Никогда? Никому? Никого? Вот и все Вот и все, последний стих написан, Сказано последнее 'люблю', И по скользким стонущим карнизам На полет себя благословлю. Ночь ушла и сон последний 'в руку', Но летать без крыльев не легко... Разбивался в кровь, забыв науку, Белый голубь, тонкое крыло. То моя душа, оставив разум, Не могла никак найти одну Ту простую, но живую фразу, В алое раскрасив синеву... И она пришла, от грез свободна, Птицей белой села на карниз. Буду жить, но именно сегодня! Я имею право на каприз?.. Все для тебя! Все для тебя! И только о тебе Тоскует сердце в тишине разлуки. И лодочкою сложенные руки Протянуты в отчаянной мольбе. Ты - целый мир, в котором места нет Сомненьям, недоверию и боли. И Богом предназначенные роли Сплетаются в затейливый сюжет. С тобой молчать не в тягость, и кричать От счастья во весь голос не запретно. И души, окрыленные победно, Друг другу преподносят благодать. Так будь со мной! Вот чудо из чудес - В единое две слились половинки, Сплелись в одну дорогу две тропинки, И достучались птицы до небес... Ах, какие... Ах, какие высокие фразы! Ах, какие смущенные лица! Нежных рук неземные атласы, Глаз невинных шальные бойницы. Разговоры про сплин и погоду. На поверхности скука и томность. И родителям строгим в угоду, Как вуаль изводящая скромность. Но при первых дыханиях вальса Напускное лишается смысла. И трепещутся рыбками пальцы, Под ногами пол радугой выстлан. Ах, какие наивные чувства! Ах, какие открытые лица! На границе любви и безумства Вас заждались мечты колесницы! По тропинкам... По тропинкам шагаю нехоженым, От толпы оградившись безумием. Для тебя стала гостьей непрошенной, Сном навязчивым в полнолуние. Стала тенью слепой и прилипчивой. Не смахнуть, не прогнать, не опомниться. Мне бы только стерпеть безразличие, Да отправить в расход бессонницу. От печалей сердечко продрогшее До краев пусть любовью наполнится. Мне бы только поверить в хорошее, А плохое само исполнится... На тропинках обрывы, как выстрелы. Что ни шаг, что ни взлет, то падение. Сердце в кровь обдеру, но выстою, Все отдам за твое пробуждение! Рву из памяти сердца... Рву из памяти сердца, Раздаю души частицы, Посыпаю пеплом лица, Ухожу из-под венца. Жгу последние мосты, Познаю себя в сравненье, Принимаю извиненья, Избегаю клеветы. Жду ответного броска, Создаю макеты слова, Нанимаю крысолова, Прославляюсь на века. Вру самой себе в глаза, Выдаю любовь за скуку, Смерть меняю на разлуку, Отпускаю тормоза... Ты есть! И все-таки ты есть! Тебя повсюду вижу! Ты в зеркале моем глядишь из-за плеча. Махнул мне вслед рукой с потрепанной афиши Заехавшего вдруг в наш город скрипача. С тобой теперь стою с утра на остановке, Плыву через толпу в полуденный прилив. Фамилию твою в газетном заголовке Увижу сгоряча, душою воспарив. Теперь ты точно есть! Я даже голос слышу! Он в шепоте снегов и в тишине ночей. Он ропотом дождя по одинокой крыше Мне прошептал 'люблю' на склоне сентябрей. Ты тихим сном моим присядь у изголовья, Дыханьем погаси упрямую свечу. Под утро не спеши стать отзвуком безмолвья, Останься хоть на день... Так этого хочу... Про зонты... Что хочешь, говори, хоть в шутку, хоть всерьез, Про вечную любовь, про сны из пустоты. Поведай мне о том, как дождь из этих слез Сумел прожечь насквозь раскрытые зонты. Что хочешь, нарисуй дыханьем на стекле - Два сердца и стрелу, очаг и новый дом, Вишневый сад в цвету и розу в хрустале, И нас с тобой двоих под стареньким зонтом. Что хочешь, забери из снов моих и грез - Полеты над весной и сердца маету, И самый лучший стих и голубых стрекоз Я отдаю тебе и милому зонту. Что хочешь, позабудь в калейдоскопе дней - Улыбку и глаза, капризный горизонт. Запомни только миг, когда в пору дождей Ушел ты от меня, забыв усталый зонт. Не принимать всерьез... Не принимать всерьез твои тирады, Не верить слепо честным обещаньям, Разбиться в кровь об эти баррикады, Но выжить вопреки предначертаньям, Не ждать в четверг дождя в январский вечер И не писать стихи про нас с тобою, Сломать все перья, погасить все свечи И насладится мертвой тишиною - Я не хочу! Нелепая затея! Я душу отпущу к тебе навстречу, И до небес подняться я сумею, Прольюсь дождем в четверг в январский вечер! Мы продолжим... Мы продолжим с тобой с середины Разговор, кем-то начатый раньше. Восстановим чужие руины Из-под пепла упреков и фальши. Открываясь навстречу друг другу, В первый раз поцелуем касаясь, Мы увидим чужую разлуку, От которой с тобою спасались. Обезумев от счастья полета, Мы чужую припомним беспечность. Так под новым цветным переплетом Старой книги скрывается вечность. И когда на последнем дыханье Неизбежно угаснут лучины, Мы прервем разговора дрожанье, Чтоб продолжить его с середины... Любовный треугольник Ее любили сразу двое - Ночной неловкий мотылек, Влетевший раз в окно резное, Завидев нежный огонек, И старый кованый подсвечник, Видавший виды ловелас, Мечтающий обнять за плечи И гладить щек ее атлас... Любви пространство освещая, Но не в ладу сама с собой, Свеча сгорела, возвращая Навек утраченный покой. Я тебя убиваю в себе Я тебя убиваю в себе, Выжигаю каленым железом. Трачу силы в неравной борьбе - Между Ангелом бьюсь я и Бесом. 'Не желать, не любить и забыть, В сны свои не пускать и не грезить, Ампутировать, бросить, изжить, - Шепчет Ангел, - и крылья подрезать!' 'Ненавидеть! Любить! Умирать От желания просто коснуться, Жить любовью, свечой догорать, - Бес твердит, - и от страсти свихнуться!' Не хочу жить подвластно судьбе! Крылья вверх и свободу под ноги! Я тебя убивала в себе? Ты воскрес! Ни к чему некрологи! Давай немного погрустим Давай немного погрустим Под звуки старого романса. Надежд заветных серпантин Увидим в прихотях пасьянса. Свеча уставшим мотыльком Притихнет, слезы вытирая. Побалуем себя чайком, О невозможности мечтая, О новых снах, о роднике, О пикнике под сенью липы, И о прекрасном том мирке, Где быть счастливыми могли бы... В глаза задумчиво взгляни, Забудь про время и пространство. Давай немного погрустим Под звуки старого романса... Утро Утро маялось от безделья... Припорошилось стаей снежинок. Вздорной розовой акварелью Расчертило остатки тропинок. Вкус вишневый придало снегу. Отпечаталось сонным дыханьем. Подо льдом щекотало реку, Прикрываясь моими стихами. Сном заманчивым и запретным Осторожно коснулось сердца. К небу птиц приковало ветром И на нервах сыграло скерцо. Утро маялось от безделья, С головой окунувшись в работу. А под старой уютной елью Новый день расставался с дремотой... Ей счастье давалось... Ей счастье давалось по крохам, По глупым и тонким песчинкам, По медленным, скованным вздохам, По острым нетающим льдинкам. Ей боль отдавали в нагрузку Свечой, обнажающей пламя, Бездумным отчаянным спуском, Глухими, слепыми углами. Любовь получала задаром С большим аппетитом на ужин, На утро с пивным перегаром, И ниткой фальшивых жемчужин. Но все принимала, как чудо, Наивно в прекрасное веря, Как робкий букет незабудок, Оставленный кем-то у двери. Через меня Через меня проходили дороги, Время, дожди, расставанье с тобою, Боль от ударов, потери, итоги, Жизни шаги, что зовутся судьбою. Ошеломляя раскатами смерти, Прямо неслись обреченные беды, Чьи-то слова о пустой круговерти, Вечной любви и о Боге беседы. Сердце пронзая, летело забвенье, В пыль разметав вероятность возврата. Раненой птицей мелькнуло прощенье, Словно забытая кем-то цитата... Через меня, прикрываясь от стужи, Счастье скользнуло, присев 'на дорожку', Веру вдохнуло в поникшие души, Солнышка лучик послало в окошко... Начинаю новый день с тебя! Начинаю новый день с тебя. Открываю сердце нараспашку. Опадает лист календаря Лепестком улыбчивой ромашки. Не гадаю любишь или нет. Точно знаю - только мною дышишь. И любовь мою, как амулет, На веревочку судьбы нанижешь. Не прошу ни ласки, ни тепла. От одной улыбки забываюсь. И сгорая каждый раз дотла, Я, как Феникс, к жизни возрождаюсь. Помогает робкая заря Поцелуй оставить на подушке. Голос твой звучит внутри меня, Словно моря шум внутри ракушки. Бога за тебя благодаря, Между небом и землей витаю. Начинаю новый день с тебя. На ладошке солнышко вручаю... Пусть... Пусть о моей любви расскажет утро, Щеки коснувшись ласковой рукою. Рассветный луч искрится перламутром. Я по нему стремлюсь к тебе душою. Зима расскажет о моих секретах, Дохнув прохладой на огонь страданий, Заснежив мысли о святых обетах, Коснется темы встреч и ожиданий. И в каждом вздохе молчаливых сосен, В шептании влюбленных за стеною Услышишь мой ответ на все вопросы: 'Люблю. Твоя. Навек. На жизнь. С тобою'. Я спешу к тебе Я спешу к тебе по нежным строчкам, Запинаясь на пустых предлогах. У своей мечты прошу отсрочку И глотаю слезы в диалогах. Я спешу к тебе по тонким граням, Душу отпустив судьбе навстречу, Сердцем обрываясь на молчанье, И сама себе противоречу. Я спешу к тебе по острым фразам, От любви ослепнув в одночасье. Мне мой путь напрасно был предсказан, Я сама с собою в разногласье. Я спешу к тебе по глупым рифмам, Называя боль свою стихами. Понимаю, что мой труд 'сизифов', Что нет силы спорить с небесами. Я люблю тебя (акростих) Я нескромные желания припрячу. Легким взмахом нежных крыльев озадачу. Юркой птичкой упорхну от расставаний. Без печали не бывает ожиданий. Лягу молодой травой тебе под ноги. Южным ветром унесу я все тревоги. Только помни обо мне и будь со мною, Если даже растворюсь за пеленою. Бог любовь вручил нам, как ключи от рая. Я тебя хочу согреть, в любви сгорая. Не зря... Не зря, любимый мой, не зря Случайно встретились глазами, Над повседневностью паря, От неги таяли снегами... Не зря, любимый мой, не зря Казался мир таким безгрешным. А листопад календаря Невыносимо был неспешным... Не зря, любимый мой, не зря Два сердца в такт один забились Когда морозы декабря Слиянье душ благословили... Не зря, любимый мой, не зря Друг друга нежностью коснулись, За непокой благодаря, Назад на землю не вернулись... Ночь Запнувшись о закат, упала ночь на город. С размаху во весь рост попала в западню. И светом фонарей рукав на платье вспорот, А плащ из темноты попал на зуб к огню. Как нищенка брела, пронзая перекрестки, Чураясь людных мест и красочных витрин. Машины, свет домов, прозрачные киоски Впускали в кровь ее сплошной адреналин. До первых петухов металась черной птицей С подраненным крылом, искала тишины. И вечная Луна своей пустой глазницей Взирала на нее с небесной целины... Зимы капризы Зимы капризы укрыли город... Под рыхлой негой пушистой шали Притихли вербы, с зимой не спорят! Застыло небо по вертикали. Зимы забвенье со мною рядом... Луна сквозь шторы бесстыже светит, Терзая город холодным взглядом. В дома вонзаясь, заплачет ветер. Зимы успехи не вдохновляют... Слова сбивая в снежки-ледышки, С дыханьем мерзлым на снег роняю. Слова-упреки, слова-пустышки. Зимы начало ворвалось в душу... Покой забвенья мне обещая, Танцуют в паре душа и стужа. Я словно ярость, от слез слепая... Возьми меня туда... Возьми меня туда, где осень ещё в силе, Туда, где влагу пьют из неба лужи. Возьми меня туда, где ветры заключили Союз с листвой, и в брачном танце кружат. Возьми меня туда, где рвётся ночь на части, Теряя тьму, пронзаясь фонарями. Возьми меня туда, где очумев от страсти, Рябина с тополем переплелись ветвями. Возьми меня с собой, я осторожным шагом Не потревожу грёз осенней грусти. По краю осени пройду, прикрывшись мраком. Давай с дождями боль мою отпустим. Ты приведи меня к началу листопада, К началу чуда, что зовут любовью. Вернёт румянец щёк осенняя прохлада. Не испугает нас возможное злословье. Возьми меня туда, где осень ещё в силе Вести роман с твоим неспешным садом. Возьми меня туда, где мы преподносили Свою любовь игривым листопадам... Крылья Сегодня смятение душ повсеместно. На площадь базарную мчится народ - Без всякой рекламы всем стало известно, Что крылья желающим маг раздает. Собрались, столпились и дождь не помеха. Такие забавы не часто у нас. Беззлобная ругань и приступы смеха, Сопрано визгливое, пушечный бас... Вдруг дождь прекратился, и небо вздохнуло. Раздачу открыл маг - седой альтруист. Вот первая пара за крыши вспорхнула, И воздух под крыльями, как аметист. За ними, взбивая пространство руками, Поднялся над городом грустный толстяк. Но с ветром свистя и шутя с облаками, Про грусть позабыл, в небе сальто крутя. Серьезная дама, старушка с собачкой, Влюбленные пары и дворник с метлой, Суровый пожарный с застенчивой прачкой И с ними парит бизнесмен молодой... Раздача закончена... Я опоздала... Усталый волшебник присел под навес: 'Работы мне с вами тут было немало. Уж очень вы, люди, жадны до небес! Летать все хотят, не хотят приземляться. И ты улетишь, не успею моргнуть. Тебе мои крылья пусть ночью не снятся, Попробуй своими сильнее взмахнуть!' Танго на крыше Шальная звезда зацепилась за крышу. В сиянии звездном площадка для танцев. И звуки печального танго услышав, Забьются два сердца в чудном резонансе. Застонут басы, надрываясь от боли. Всплакнет в вышине одинокая скрипка. Рассеянным ливнем прольются гобои. Раскатится арфа натянуто-гибко. Закроем глаза на пороге звучанья, Пропустим сквозь сердце мелодию ночи, И танго на крыше под птиц воркованье Станцуем с тобой просто так, между прочим... Под светом звезды, опоздавшей на небо, Под музыку светлой и нежной печали, Немного не в такт, неумело, нелепо Мы танго на крыше с тобой танцевали... Не тебя, не твоя, не с тобою... Не к тебе прикоснусь я губами, Прогоняя ночную сонливость. Вздрогнет утро стенными часами, Извинится за их торопливость. В окнах первые капли рассвета Как всегда заиграются в салки. Не твоя выцветает газета, Прикрывая от солнца фиалки. Не тебя провожу до порога, Запинаясь спросонья о кошку. Не тебя... Только к сердцу тревога Протоптала упрямо дорожку. Не тебя, не твоя, не с тобою... Боль делю на себя без остатка. Я с утра волком загнанным вою... Не твоя на окошке перчатка... Две тени Не прощаясь, разошлись две тени. Вверх одна вспорхнула быстрокрыло, А вторая больно по ступеням Крылья волокла свои уныло. Меж домами с птицами летала, Не боялась ночи и паденья, Жизнь свою решив начать с начала Тень, что не стремилась к возвращенью. Ей казался мир сплошным потоком Новых встреч, улыбок, наслажденья. То, что было, пройденным уроком Посчитала в смутном заблужденье. Тень вторая шла не разбирая Ни дорог, ни улиц, ни движенья. Сломленные крылья отсекая, Проклинала силу притяженья. Наглухо решила запечатать Сердце от возможных 'половинок'. Если не летать, то и не падать. Нет рождений, нету и поминок......Вечность опустилась на колени. И судьба решила вновь вмешаться. Друг без друга блёкнущие тени Встретились, чтоб больше не прощаться. Я во сне брела... Я во сне брела по городу из песен. Под ногами грусть осеннего разлива. Словно в старой безымянной пьесе Я вела себя наигранно-стыдливо. Не старалась воздыхать на окончаньях, Перепрыгивала фразы и куплеты, Пропускала знаки препинанья, Перелистывала ночи и рассветы. По твоим следам хотела пробежаться. Хоть на миг тебя коснуться с обмираньем. На краю разлуки обвенчаться. И в глаза потом смеяться расставаньям... Дождь за плечи обнимал полусерьезно И от страха заслонял меня тенями. Научилась плакать я бесслёзно. И обида улетела с голубями... Я во сне брела по городу напрасно. В кулаке - билет обратного движенья. Место заняла ему согласно И в моем финале пьесы - пораженье. Ты был другим Ты был другим и шел наискосок Тогда, когда вокруг все шли рядами. Ты, как седьмой, последний, лепесток, Подхвачен был незримыми ветрами. В тебе есть все, и нежность, и тепло. И с легкостью желанья исполняя, Ты в мой особый мир тайком вошел, Собою мою душу наполняя. Так оставайся там, живи в любви, Будь для меня источником волнений. И утром потихоньку назови Меня причиной головокружений. В перчатках руки... В перчатках руки, только всё же зябко. Согрей дыханьем, это-то ты можешь?! Дохнул любовью, запылало ярко Меж рёбер сердце... Боль не уничтожишь. Душа в теплице, только всё же больно. Не трать тепло, мне это не поможет. Кругом! Равняйся! И, пожалуй, вольно! Мне б только вслух не закричать, о Боже... Мне б только не раскрыть себя случайно. Пускай другие, им ведь всё по силам - Любить, страдать, признаться утром тайно. Мне б только кровь вновь разогнать по жилам. Замёрзли руки, сердце леденеет. Любовь не греет, только обжигает. Плетусь одна по сумрачной аллее К концу, а сердце потихоньку тает. И вдруг внутри мышонком затрепещет Надежда-грусть, царапаясь о душу. И я кидаю жребий - чёт иль нечет Падёт мне... Всё смогу, не струшу. Мне б только раз ладони в твои руки На миг отдать, согреть и вновь в теплицу. Мне б только раз вновь пережить разлуки. И обуздать потерей вереницу... Письмо себе Письмо себе пишу и отправляю, Чтоб по утру прочесть и прослезиться. Себя на ложь легко благословляю. Чудно себе солгать и не казниться. В письме пишу про холод ожиданий, Про боль свою и невозможность встречи. Придумываю кучу оправданий. Слова летят осколками картечи. Текст некрасив, неровны строки, фразы. Обрывки мыслей обвивают тему. И словно драгоценные алмазы Горохом бьются в призрачную стену. Нет сил перечитать и все исправить. Пускаю в путь недальний почтальона. Забыть, кто адресат себя заставить Труднее, чем найти гнездо грифона. И все ж пишу, пишу и отправляю, Лишь только потому, что ты не можешь. Я не скулю, я только заживляю На сердце раны, те что ты умножишь... Последнее письмо Я напишу последнее письмо, И встречу все с улыбкой неживой, В письме скажу, что все до слез смешно. И даже грустный взгляд прощальный твой. Я между строчек нагоню дождей. И не понять, где слезы, где вода. Под росчерком изящных вензелей Скрывается скупое 'навсегда'. Я напишу последнее письмо, Слезами выведу 'Люблю. Целую. Жду'. И поцелуй, как личное клеймо, Поставлю в зачарованном бреду. И подпишу: 'До встречи через жизнь!' Бумажным самолетиком в окно Ветрам отдам, произнесу: 'Аминь!' Но пусть к тебе не долетит оно... Я на минуту... Я на минуту, только попрощаться. Не отвлеку надолго Вас от жизни. Вы в кресле, право, очень живописны, Ваш пульс я попрошу не учащаться. Нет-нет, сидите, я к Вам на колени Запрыгну кошкой и свернусь клубочком. Мне почему-то выдали отсрочку, Я не ждала таких благоволений. Ну все, пора. А помните, мы с Вами... Так было хорошо, легко, невинно. Мы вместе то смеялись беспричинно, То плакали стихийными слезами. Летали рядом. Крылья не мешали Нам там, под облаками обниматься. Мы не боялись в вышину бросаться. И радугу в косичку заплетали... Теперь пойду. Мой путь длиною в полночь. Я дверь сама закрою, не вставайте. Не поминайте лихом, не вздыхайте! Спокойной ночи Вам! А мне - Бог в помощь... Не ходила я к гадалке Не ходила я к гадалке, Обойдусь без посторонних, Погадала на фиалке, На своей пустой ладони. Расчертила гороскопы На асфальте возле дома. И стащила ради пробы Лук и стрелы Купидона. Ну а если даже стрелы Не помогут - так бывает, Там в лесу, под пнем замшелым, Знаю, ведьма проживает... Ей отдам свою улыбку Лишь за то, чтоб ты был рядом. Знаю, счастье будет зыбким. Но решила я - так надо! Обещанья Обещанья надо выполнять, За язык меня ты не тянул. Я тебе грозилась птицей стать. Обернулась, даже не всплакнул. Обещала ветром захлестнуть, Поутру развеять над землей. Но сумела лишь свечу задуть, Да смешаться с жертвенной зарей. Я дождем хотела заблестеть, На твой сад излиться не спеша. Но смогла лишь только зареветь, Обещания свои верша. Стать листом последним на ветру, Задрожать от нежности в руках, Обещала в утреннем бреду, Да запуталась в своих грехах. Стать любимой так и не смогла, Хоть старалась, выбившись из сил. И тебе два сорванных крыла Я к ногам сложила... Не простил... Прощанье не причина для конца. В моей ладони горсть застывших слез. Тепло своей души я в них вдохну. Не плачь, любимый, краешком волос Остатки горечи с лица я уберу. Мы нитью свяжем слезы и мой смех. Жемчужинами дивными вплетём. И в сонной и капризной полутьме Застынет на мгновенье бег времен. Твоя печаль замрет невдалеке, Мой смех раскатится по всем углам. Ты не сжимай тоску в своей руке, Раздай ее скорей семи ветрам. От горя, знаю, можно онеметь. Разлукой разрываются сердца. Поверь, любимый, это ведь не смерть. Прощанье не причина для конца. Душа В тесном небе заметалась рассыпная птичья стая. В жидком воздухе осеннем места мало для прорыва. Тучи грудью растерзала, в шум дождя свой крик вплетая. Осень сдалась, отступила, заплетая тучам гривы. Приоткрыла двери в лето, ненадолго, вот уж жалость. Улыбнулось чистотою и уступчивостью небо. Стая ринулась в просветы, обгоняя запоздалость, На лету ворча на осень необдуманно, нелепо. Но с собою прихватила ненароком мою душу. Зацепила взмахом крыльев и умчала в нежный август. Только я за ней не брошусь, равновесье не нарушу. Путь туда мне невозможен, бездорожен и ухабист... Душу мне вернул прохожий, обронили видно птицы. - Улыбнись и все вернется, заживет сквозная рана! И покроешь новой вязью сердца чистые страницы, И покажется смешною эта сумрачная драма. Небо вдруг осиротело, и заплакало на город. В нежный август птиц вернула златокованая осень. Вместо слез пустых осенних полетят снежинки скоро. На твои следы в злорадстве забытьё зима набросит... Давай... - Давай с тобою поиграем в вечность. Глаза закроем, встанем на край бездны, Отпустим все грехи, что нам известны, Шагнем одной ногою в бесконечность. Встречать нас будут ангелы с цветами. И в нашу честь взметнутся птицы-флаги. Вокруг столпятся здешние зеваки. А небо захлебнется голубями. Мы обретем неспешность и беспечность. И будем друг для друга наслажденьем. Не будут души оскверняться тленьем. Давай с тобою поиграем в вечность!... - Мечтам твоим не видеть воплощенья. Самоубийцам путь закрыт на небо. В объятья смерти кто взмывает слепо, Рассчитывать не может на прощенье. Я поменялась с птицею телами Я поменялась с птицею телами. Она любить, как люди захотела, И насладиться нашими грехами. В них окунуться дерзко и всецело. А мне хотелось рвать крылом пространство, Пронзать иглой стремительной рассветы. Летать над бездной со святым упрямством И ангелам передавать приветы. Мы поменялись с птицею телами. Теперь я - птица, а она - девчонка. Все небо обниму теперь крылами. Ее страстей безумная ждет гонка. Друг друга мы нашли спустя неделю. И в прежний облик мы назад вернулись. К своим мечтам наивным охладели. И разошлись, и вслед не оглянулись. Мечтала я летать, да падать страшно. Она любить хотела - сердце рвется. Идти своим путем - вот это важно. Ну а любовь, как крылья, всем дается Мне тишина... Мне тишина твое твердила имя. На сердце оседал нагар волнений. Под слоем несмываемого грима Вдруг проявился отблеск откровений. И захотелось быть чуть-чуть поближе, Душой коснуться, одарить участьем. И, может быть, в глазах твоих увижу Свою улыбку. Заплутаю в счастье. И ты забудешь насовсем тревоги. В моем вулкане пусть они сгорают. Но страшно мне, что будних дней потоки, Нас подведут к губительному краю. А тишина все шепчет суеверно - Не думай о последующих жизнях! Гори сейчас, люби его безмерно! Лучом влекущим преломляйся в призмах. Ну и пусть! Уходя, бросил мне на прощание, Ненароком, случайно, нелепо, Возвратиться ко мне обещание И дремотное серое небо. Позабыл, уходя в полуночие, От заката туманные всполохи, Всех печалей моих средоточие, Все мои запинанья и промахи. Ты решил, что в пути будут лишними Ожиданья тебя бестолковые, Поцелуи под грустными вишнями, И полеты к свече мотыльковые. Совершенно тебе бесполезные Глаз зеленых прощальные влажности, Сны мои, неприлично-чудесные, И беспечно-смешные отважности. Ну и пусть! Ведь в одном я уверена: Путь назад, он короче, чем кажется. Сберегу все, что было потерянно, Поднесу... Ты отвергнуть отважишься?.. Хранишь меня Хранишь меня, от неба закрывая. Но разве солнце можно сжать в ладонях? Душа искрит, как туча грозовая, И счастье потрепалось на изломах. Вокруг меня возвел глухие стены. Но разве крыльям можно жить в неволе? Страшат тебя любые перемены, Но лодки загнивают на приколе. Наполнил жизнь любовью и тревогой. Но разве на цепи удержишь ветер? Как лист осенний вспыхну над дорогой И растворюсь в серебряном рассвете... И если быть со мной захочешь рядом, Попробуй стать задумчивым туманом, Попробуй вспыхнуть молнии разрядом, На миг стать нулевым меридианом... На коротком поводке. Поводок твой очень крепкий. Он удавкою на шее. Будку всю разбила в щепки, Захотела быть ничьею. Отвязалась будто вроде, И не веря ощущеньям, По-ребячьи на свободе Предалась неподчиненьям. Для себя решила точно - Возвращенье невозможно! Поводок был очень прочный, В сердце впился вдруг безбожно. Просто ты ослабил чувства, Подустал слегка от трений, От любовного безумства, От моих прикосновений. Но однажды стало скучно, Сделал поводок короче. При тебе вновь безотлучно. Срок владения бессрочен! Лес Прислушивался лес к шагам влюбленных. Смущенно ветер тел нагих касался. Но тем двоим, любовью награжденным, Свой страстный мир особый рисовался. И в этом мире жизнь была прекрасна, Лес был дворцом, поляна - мягким ложем. Им двери приоткрылись для соблазна. Судьбой в их руки ключ от счастья вложен. И поцелуи, робкие сначала, Как солнце на восходе разгорались. Но лес краснел от их страстей накала, И птицы от тех стонов волновались. В тот день они забыли все ненастья. Своей любовью были одержимы. И мудрый лес, от Бога данной властью, Союз их объявил нерасторжимым! Тонким парусом... Тонким парусом выгнусь пронзительно. Дверь в сознанье крестом заколочена. Ожидание ветра губительно. На рассвете уплыть напророчено. Не заметит никто отправления, Лишь ворона вдруг каркнет простужено, Паруса зазвенят в возбуждении, Мачты скрипнут спросонья разбужено. Я в дорогу возьму только полночи, Только сны о тебе суматошные. Не прошу у Всевышнего помощи, Я сама совершу невозможное. Знаю я, что на том побережии Ждешь меня ты у краешка радуги. И реальностью грезы забрезжили, Сон и явь наконец взялись за руки. Тонким парусом выгнусь пронзительно. Страх, как груз непотребный, я выброшу. Против ветра к тебе сокрушительно Брошусь в путь и дорогу не выспрошу. Оборвусь на полуслове Оборвусь на полуслове, не ищи ты в этом смысла. Задохнусь от поцелуев, но из вредности воскресну. Вниз по лестнице сбегают мои бешеные мысли. Я не буду больше плакать, я возьму и вдруг исчезну. Ни на запад, ни на север не ведут мои тропинки. Нет следов, их заметает грустный ангел рукавами. На его лице не слезы, просто глупые дождинки Заигрались ненароком в догонялочки с ветрами. Потоскуешь и привыкнешь, не великая потеря. Без меня и дни длиннее и беспамятнее ночи. И стихи хвалить не надо, артистично лицемеря, Вместо точек расставляя миллиарды многоточий... А искать меня не стоит, я уже давно другая. И зовусь теперь иначе, и болею не тобою. На исходные дорожки снова вывела кривая. Начинаю новый раунд между мною и судьбою. Лети, лепесток! Закончилась сказка коротким 'прощаю!' Лети, лепесток, возвращаться не мысли. Душа распласталась по острому краю И клочьями ночи надежды повисли. Сюжетец банальный, знакомый до боли, Свернулся в клубок, не найти где начало. Мне б плакать без слез научиться по роли, Как рыцарю мне опустить бы забрало. Но я - командир, не пригодный для боя. Ни мыслям, ни сердцу команды не слышны. На что-то надеясь, выходят из строя, Досадно им, что командир никудышный. Мне б чувства в кулак и по ветру обиду. Но я, как в обозе, плетусь за мечтою. Сама по себе отслужу панихиду И душу оставлю на время пустою. Лети, лепесток, я тебя отпускаю! И новую сказку найди непременно. Свой круг ожидания не замыкаю, Я наши часы сохраню сокровенно. Любимая привычка Я стала всего лишь любимой привычкой. Такой же, как кофе горячий спросонья, Как книга с забытой загнутой страничкой, Как зонт на прогулке в дожди межсезонья. Я стала рекламной строкой в переходе, Очками от солнца, забытыми дома. Я цифры в твоем засекреченном коде, Со школы знакомая всем аксиома. Я стала всего лишь любимой привычкой... Меня моя должность ничуть не пугает - От сердца владею волшебной отмычкой. Ты знаешь, я жду в зачарованном мае. Вернемся туда, сбросив лет одеяло. Откроем навстречу друг другу кавычки. Увидишь, что наша любовь не увяла, И что ее рано считать лишь привычкой. Мир неотправленных писем. Там, где край тумана живописен, На восток, налево от рассвета, Существует мир бездомных писем, Навсегда лишившихся ответа. В нем подобно душам обитают Робкие любовные признанья, Сбились в неприкаянную стаю Порванные в клочья воздыханья. Все, сожженные когда-то письма, Здесь нашли приют, им нет возврата, Разминулись напрямую с жизнью, Разошлись с дорогой адресата. Захлебнулись гулкой тишиною Смятые прощальные страницы. В мире этом боль сплошной стеною Без замков закрыла все границы. Я за край ступила ненароком, Две странички жизни пролистала, И мечту оставив там залогом, Порванные письма отправляла... Ошибалась... Неизбежно ошибалась, строя розовые замки, Разбивая сад в пустыне, возводя на небо мостик. На терпение меняла от своих картинок рамки, Незаметно отдавая все несказанные злости. Больно падала на землю, отрекаясь от фантазий. Крылья грешные ломала о закрытые ворота. Отдавала боль и слезы за нелепость разногласий, И душою обрывалась, как завышенная нота. На весах пыталась взвесить все возможные удары. И вслепую обходила страсти топкие болота. Словно бесов изгоняла из ночей свои кошмары. Не желала в этой жизни никакого поворота. Забывала про уроки, вновь мечтой пронзала своды, Безмятежно полагая, что летать дано от Бога. Вместо клетки золоченой твердо выбрала свободу, Сгоряча поставив точку в середине диалога. Клетка Забыли клетку на ночь запереть И окна настежь в небо распахнули. В углу немым клубком свернулась сеть, Приказ ей дан меня не караулить. И отвернулись и ушли, смеясь, Стуча дверями, говоря беззлобно. А я дрожала, воли той боясь, Осиновому листику подобно. И вдруг решилась, сделан первый шаг В прохладные волнующие дали. И крылья, словно молнии зигзаг, На половинки небо разорвали. Взметнулась ввысь, навстречу пустоте, Пугая птиц ночных безумным пеньем, Кидалась вниз, крутила фуэте, Глотнув вино свободы с наслажденьем. Свободна, словно небо под крылом... Но почему же вдруг так сжалось сердце? И захотелось мне вернуться в дом, Где для меня открыта клетки дверца... Я просто приснилась Я просто приснилась нежданно. Пушинкой легла на ресницы. С печальной улыбкою жрицы Взошла на алтарь утром рано. В твой сон проникая небрежно, Лицом утонула в ладонях. Себя не нашла на иконах, Должно быть, увы, не безгрешна. Должно быть, стыдливо-порочна, И имя мне - Невоздержанье. Мой взгляд учащает дыханье, Объятья смыкаются прочно. И если не ждешь продолженья, Осталось всего лишь проснуться, Пушинку смахнуть, чертыхнуться, И вновь потерпеть пораженье!!! За мной не захлопнется дверь За мной не захлопнется дверь. Уйду неприметно, поспешно. Одной среди многих потерь Я стану, увы, неизбежно. Часы на стене не замрут, От боли вдруг вскрикнув пружиной. И неба ночного лоскут Провиснет тяжелой гардиной. Вдогонку взметнется свеча Своим огоньком торопливым. - Не стоит рубить сгоряча! - Вернуть попытаются ивы. - Не сможешь, что было забыть! - Врывается в голову ветер, - Должна, что имеешь, хранить, Как редкий счастливый билетик! Пройду через осень пешком, Слезами помечу дорогу. И разом, последним рывком, Вернусь к своему эпилогу. На том конце Галактики На том конце Галактики, свернувшейся клубочком, За круглым белым столиком, забыв про всех и вся, Восторженная дурочка вдруг стала ангелочком, В другую жизнь свою любовь с собою унося. Никто не видел этого, нет ни зевак, ни зрителей, Никто ее не хватится, никто ее не ждет. Не будет для нее теперь ни слез, и ни мучителей, Никто в нее теперь уже печали не вдохнет. Не будет больше плакаться в любезную жилетку, И нет нужды просиживать в тревоге у окна. Напрасно закрывали вы тряпицей свою клетку, Сквозь прутья равнодушные протиснулась душа. Ловите - не изловите, молите - не замолите, Вернуть ее не сможете, надежда умерла. И может быть на вечность, или на день усвоите, Что очень жизнь короткая, промешкал - истекла... Душа решила отменить свое бессмертие Душа решила отменить свое бессмертие. В телах различных быть ей надоело. В сердцах у Бога запросила милосердия, Молясь ему истошно, неумело. Душа протягивала крылья отрешенные, Кровавые изломанные крылья. Когда-то гладили их небеса смущенные, Взмывали вверх без всякого усилья. Твердила грешная, забыв про все приличия, Что больно ей ступать по белу свету. А злая боль ее с истерикой граничила, Совсем не собираясь кануть в Лету. Душа просила отобрать все воскрешения, Хотела умереть хоть раз беспечно. И мудрый Бог за миг решил ее сомнения, В Душе он поселил Любовь навечно. И поняла Душа, тем чувством окрыленная, Все жизни вспоминая откровенно, Что не жила она, любовью обделенная, А просто умирала постепенно. В воздухе тонкая нитка грядущего... В воздухе тонкая нитка грядущего В остервенении ветром колышется. Только двоим слышен голос зовущего, Только для них эта музыка слышится. Прошлого нет, настоящее призрачно. Птицей в окно ожидания просятся. Не прогони их невольно, ошибочно, Камнем под ноги, сердечные, бросятся. В полном отчаянье от безысходности Души в смятении ждут замыкания. Слабо их греет костер мимолетности, Рвут их на части слепые желания. Мы постараемся справиться с вечностью. Нитку грядущего свяжем с реальностью. Быть всегда рядом станет потребностью. Врозь находиться - сплошной ненормальностью. Давай убежим Давай убежим в мир моих настроений. Тихонько от всех прокрадёмся под вечер. Уйдём от завистливых глаз, запрещений. В честь нашей любви истончаются свечи. Присядем с тобой на краю совпадений. Укроемся пледом от холода злости. Нам вместе легко пережить воскрешенье, И с небом шептаться до ужаса просто. Река вдохновенья нас встретит волною. И ветви подстелют плакучие ивы. Приникни к коленям моим головою, Стихи для тебя почитаю стыдливо. Пройдёмся потом по мосту искушений. По тоненьким жёрдочкам ближе друг к другу. Найдём все ответы для всех уравнений. Под камень тяжелый упрячем разлуку. Ты только люби и готов быть любимым. Не бойся признаньем 'люблю' сделать больно. И мною отныне ты стань одержимым Навеки, на жизнь, навсегда, добровольно! Вместе с тобой Голосом полным заботы и нежности Ты пошепчи мне на ушко в волнении. В мире покоя, тепла и безбрежности Души сольются в слепом единении. Ласковым взглядом разбей одиночество. За руку в сердце введи на хранение. Не вспоминай про лихое пророчество, Что после страсти всегда охлаждение. Не оставляй в недосказанной спешности. Трудно вернуть то, что будет утеряно. Флаги опущены в сломленной крепости, Поле ростками сомнений засеяно. Ты улыбнись и вернись обязательно, Робко к губам прикоснись на мгновение. Страхи и боль пролетят по касательной, Вместе с тобой избежим столкновения. Мне нужно немного Ты же знаешь, мне нужно немного, Не прошу ни дворцов, ни 'Феррари', Не хочу короля нефтяного, Ни к чему с главной ролью сценарий. Ты же знаешь, на самом-то деле, Только краешек неба в окошко, Только радуги кончик в апреле, Только нежности дай мне немножко. Только голос твой в утренней дреме, Только воздуха в грудь до упора, Слезы радости, взлет на подъеме. Шум шагов в том конце коридора. Дай мне каплю росы на рассвете, Дай мне запах фиалки под вечер, Поцелуй на последнем куплете, Сладкий вздох при нечаянной встрече. Мне б прижаться к тебе на минутку, На секунду, на век, на мгновенье. Чувства редко внимают рассудку. Подари мне свое возвращенье. Ловец снов (акростих) Ленивой поступью спускался в царство снов. Один, всегда один, как вечер опустевший. Врывался в тайны, низвергал богов. Едва касаясь боли безутешной, Царил в тревожном мире грез и снов. Стремился стать чуть-чуть поближе к ней. Но сны несли ее вперед и дальше, выше. Он возвращался в мир полутеней, Всегда один, на мокрой скользкой крыше... Буду любить! На пути к нежности ставим препятствия. Сами себя запираем в темницы. Чувства над нами больше не властвуют. Строим для них именные гробницы. Страх потерять все взвивается плетью, Жалость к себе утверждаем законом. Из года в год, от столетья к столетью Счастье смиренно берем по талонам. Смотрим вперед в ожидании старости. За поворот нет желания вырваться. Нет ни страданий, ни слез и ни ярости, Стало привычкой сидеть и не рыпаться. Всё! Надоело питаться по правилам, Жить по оглядке, бояться падения! Всех посылаю знакомиться с дьяволом, И против волн начинаю движение. Буду любить, и страдать тоже выучусь, Буду парить, разбиваться от счастья, От равнодушия смутного вылечусь, К черту гробницы, запреты, препятствия... Переболела Перегорела, переболела, отпустила на волю. Вздохнула. Слезу проглотила, запела. Решила, что чувства подвластны контролю. Махнула рукой и ушла от расстрела. Смеялась, взлетала, кружила над бездной. Манила, звала, наслаждалась игрою. Считала, что вправе остаться нечестной. Сердца разбивала взрывною волною. Казнила, пленила, пьянила дыханьем. Вселяла надежду всерьез и надолго. Потом убивала коротким прощаньем, Ногой оттолкнув шутовские осколки. Рыдала, молилась, ломалась от боли, Оставшись одна со своим отрицаньем. Но двери закрыты, сменились пароли. Не плачь, не помогут хмельные рыданья. Ты устанешь от меня Ты когда-нибудь устанешь от меня. Перестанешь ждать на перекрестке. Взглядом посторонним леденя, По моей душе ударишь хлёстко. Молча переступишь через тень. Не споткнешься от немого крика. Целую найдешь себе мишень. Завернется новая интрига. Я когда-нибудь забуду о тебе. Перестану вздрагивать от стука. Соглашусь на проигрыш в борьбе. Вырвусь из заброшенного круга. Буду жить, писать свои стихи, Улетать за рифмой в поднебесье. Боги зачастую к нам глухи, Чтобы не нарушить равновесье. И когда-нибудь столкнемся на бегу Вмиг почуяв, что вернуть все просто. На одном остались берегу, Все на том же нашем перекрестке. На краю мелодии Они столкнулись на краю мелодии. Гитара пела, сердце разрывая. Она была, как веточка смородины В чужом саду, запретная, чужая. Он для нее казался темным омутом, Готовым поглотить ее заботы. Печальной дымкой познаванья тронуты Рифмованной любви безумные высоты. Она была готова к откровениям, А он боялся сделать ход неверный. Оберегал ее, считал мгновения, Лишь для нее играл порой вечерней. Они столкнулись в середине вечности, Быть может, слишком поздно для романа. Простили все случайные погрешности, Смиренно встав на путь самообмана. Меня любить... Меня любить не очень трудно. Я, как раскрытая ладошка, Я, словно пасмурное утро, Я - позабытая дорожка. Со мной тебе светло и нежно, И хочется мечтать и верить. Я для тебя лесной подснежник, Я, как распахнутые двери. Меня любить не так уж просто. Я - легкий холод на закате. Я - затонувший древний остров, Я, как пружина в автомате. Держи меня легко и крепко. Я - обжигающая смелость. Я - поцелуй развратно-терпкий, Я - целомудренная верность. Забыть меня уже не в силах. Я, как последняя страница. Я - кровь, вскипающая в жилах, Я - сердца твоего частица. Я приплыву к тебе Я приплыву к тебе на легкой лодке. Вниз по течению без весел и без паруса. Все по плечу девчонке-сумасбродке, Подруге Ветра, падчерице Хаоса. Сведу с ума на край грехопадения. Сама сойду на береге порочности. Сведу на нет твои несовпадения. Отправлю в минус все мои неточности. Позволим душам быть в соединении Телам дадим на это время вольную Любви покорны дураки и гении. Дорогу к счастью не найти окольную. Отрекись от меня Отрекись от меня отступающим утром. Вместе с сонной усладой гони от себя. Одинокая слёзка горит перламутром. Будет больно вначале, но я не слаба. Убегай от меня, не увидев дороги. Уноси свою душу и прячь под замок. Пусть на теле твоем заживают ожоги, Горячее меня не найти, дурачок... Без меня будет проще, спокойней, честнее. Я - расплата за чьи-то чужие грехи. Я - случайный джек-пот в затяжной лотерее. Я - клубок из печали, любви, чепухи. Проклинай, ненавидь, запоздало ревнуя. Имя, голос забудь, малодушно гоня. Низвергай, не щади, чувства все конфискуя. Шпаги сломаны, поздно, истлела броня. Отрекайся от осени, слёз и фантазий. Отрекайся от утра, что встретишь со мной. Отрекись от меня и моих несогласий. Я попробую справиться с этой бедой... Я не умру Я не умру, я просто улечу. Не подносите ни венков, ни слез. Я пробегусь по лунному лучу, Едва касаясь огненных берез. Я не умру, я тихо прошепчу - Не улетай, пожалуйста, за мной. Перед иконой желтую свечу Ты за меня зажги порой ночной. Я не умру, я стану чуть другой, Тропинкой в поле, капелькой росы. Дождем, уснувшим за твоей спиной, Минутой, сберегающей часы. Отрывком сна, свободного от мук, Тебя закрыть от боли по плечу. Не будет ни печалей, ни разлук. Я не умру, я просто улечу... Мне сказали Мне сказали, что я не умею мечтать, Что мечты мои слишком простые. Дескать, надо поставить на лоб мне печать, Что извилины все выходные. А лелеять мечту о полете ночном, С ветром в крыльях и шепотом лунным, Неприлично, как в баре ходить босиком, Неудобно, позорно, безумно. Мне сказали, что я не умею любить, Что люблю слишком просто и честно. Что в витрину музея меня заключить Для людей было б очень полезно. Ведь себя отдавать до последнего дня, До последнего вздоха и взгляда, Все равно, что сгорать от чужого огня Непутево, без толку, чревато. Мне сказали, что я не живу, а варюсь, В своем мире, придуманном с ходу. От надежд убегаю, от боли смеюсь. На мираж поменяла свободу. Но ослепнуть от счастья в сплетении рук, Задыхаться от ласк мимолётных, Двух сердец невзначай ощутить перестук, Мне дороже сокровищ несчётных... Когда... Когда будет закрыта последняя дверь, Когда будет рожден последний стих, Когда из груди вырвется последний стон, Когда будет сказано последнее 'люблю', Когда останется сделать последний шаг, Я отправлю последнее письмо, Поклонюсь последний раз своим богам, Погашу последнюю свечу, Встану на краю тумана, Расправлю затекшие крылья, Сделаю последний вдох И полечу туда, где начинается весна, Туда, где улыбается утро, Туда, где нежность умывается дождем, Туда, где уже никогда не будет меня... Туман пронзал печальные рябины Туман пронзал печальные рябины, В их нежности запутавшись случайно. Любви мы отмечали именины, Укрывшись за дождем от мира тайно. Рассвет будили в середине пира, Закат пытались обвенчать с весною. Но просыпалась сонная квартира, Соседи ворковали за стеною. А мы смеялись от внезапной грусти, И плакали от радости познанья. Слова частично заменяли чувства, И в стон сливались спешные дыханья. А небо принимало наши души, Играло с ними, словно с облаками. Не оставалось небо равнодушным И тихо расцветало васильками. И где-то на краю у самой бездны Соединились обе половинки, Забыли про приличия, протесты, И рядом зашагали по тропинке... Не упрекай... Не упрекай меня за грустные стихи. И не ругай за слезы между строчек. Свой смех бездумно я сдала в архив. И срок хранения уже давно просрочен. Не говори в сердцах ненужные слова. Не делай больно, ведь тебе не трудно. Зла не держу. Душа почти мертва, Забилась в угол, как щенок приблудный. Жду, как подачку, нежный приговор. Все отдаю за хрупкое внимание. Хвостом виляю, приношу апорт. Подавлено 'домашнее восстание'. Во сне моем Во сне моем предутреннем, забытом, Растаял злобный лед лихих сомнений. Как стрелка задрожала пред магнитом, Но ты исчез без всяких объяснений. Я в каждом сне заглядывала в лица, Искала глаз любимых притяженье. Металась между снами, как волчица, И выла в ночь от самоуниженья. Над городом без улиц пролетала. И отражалась в окнах на рассветах. Бродила по дорогам без начала. Твой профиль выбивала на монетах. Тебя молила быть чуть-чуть поближе. Хоть краешком души коснуться снова. И кошкой падала со скользкой крыши. Все жизни за тебя отдать готова. Но ты не торопился в сон вернуться, И твое сердце билось чуть спокойней. А я? Я так и не смогла проснуться. Я снова занята своей погоней. Псом побитым... Псом побитым бреду по раскатанным улицам. Шкуру рваную не согреть заплутавшему солнцу. Отражаются грусть и слепое доверие в лужицах И киваю бомжу, как хмельному знакомцу. Он поймет, на лице, словно в зеркале, горькая жалость Оставайся, братишка, у меня лишь одно направленье. Меня ждут, стол накрыт, опоздаю на самую малость. Мне по лестнице вверх, а потом - избавленье... Над собою стою, глажу крыльями душу усталую. Видишь? Веришь теперь, что летают лишь ангелы? Солнце лижет тайком мою подпись последнюю алую. Не рыдайте! Меня в прошлой жизни оплакали. Я вчера отказался стать Богом... Я вчера отказался стать Богом... Наотрез отказался беспечно. Свою лень я поставил предлогом, Огорчив ангелков бессердечно. А они мне взахлёб распевали Все красоты высокого сана - Пикники, вояжи, фестивали, Вечный отдых, мажор и нирвана. Ни забот, ни волнений, ни риска, Отдыхай, знай себе в полудрёме. Ни простуда, ни вывих мениска Не грозят. И лицо на иконе. Я не слушал крылатые бредни. Словно мух разогнал нимбоносов. Безусловно, богатства несметны, Но моих не решают запросов. Вам отвечу я очень охотно Почему я не стал полновластным. Всемогущим, всесильным, но мертвым Хуже быть, чем живым и несчастным. Мы на жизнь разминулись Адреса раскидаю, потеряюсь в пространстве. За далекой звездой отыщу себе угол. И под небом чужим со смиренным упрямством Буду строить дворцы для фарфоровых кукол. Из обиды - фундамент, из печали - бойницы. Осторожно на окна капли слез вместо стёкол. Принесут камни-стоны расторопные птицы. А на крышу пойдут жестяные намеки. Без тебя мне легко, нет ни слёз, ни терзаний. Убеждаю себя, и дворцы пошатнулись. И не будет теперь разрывных ожиданий. Ты меня не ищи, мы на жизнь разминулись. Ко мне моя осень придет... Ко мне моя осень придет чуть пораньше. И небо вдруг станет печальней и ближе. Мечты станут проще, а сны будут краше. Осеннюю грусть я весною предвижу. Я буду бродить в разрисованных скверах. Заснувшим листом распластаюсь на тропах. Аншлаг соберу на осенних премьерах. Любовь наколдую во всех гороскопах. Открою дорогу в счастливое завтра. От ветра прикрою усталое пламя. На скользких ступенях немого театра Взорву тишину, полуночно горланя. Ворвусь в твою жизнь и займу уголочек. В тепле проживу все последние жизни. И чувства ко мне разгляжу между строчек. Осеннюю грусть я весною предвижу... Ищешь силы... Ищешь силы на новый рывок. Поворот не для слабых душой. Любопытство, увы, не порок. Неизвестно, что будет ценой. Новый путь и прямей и живей. Там есть все, не хватает тебя. Ночь темнее и соль солоней, Солнце ярче, сытнее хлеба. Не спеши заходить на вираж. Путь назад оборвется, как нить. Как бы ни был твой легок багаж, Не вернуться. Кого тут винить? Я здесь... Я здесь, а напротив застыло молчанье. Повисло на грани пустых суеверий. И кажется мне, что подкралось прощанье, Сбежавши из плена моих сновидений. Я жду, а прощанье крадется с шипеньем. Закроюсь щитом из надежд и мечтаний. И злое 'прощанье' в слепое 'прощенье' Легко превратится без всяких стенаний. И ждать станет легче, и боль засыпает. И сердце душе говорит откровенно: 'Запомни, доверье градаций не знает, Доверье всегда и во всем полноценно!' Брела по тропинке Брела по незримой тропинке. Боялась - шаг влево, шаг вправо. Подобно послушной песчинке В часах своих время считала. Скользила по склону тревоги, Свой мир на себе замыкала. Из грез вычитала предлоги. Страничка немого журнала. Рвала не рожденные письма. Стихами со смертью браталась. Все прошлые помнила жизни, О будущих жизнях терзалась. Пила свою чашу терпенья. Пыталась вернуться к началу, Чуть-чуть не хватило везенья - Следы свои тщетно искала. Я хочу Я хочу, любимый, спутать сон и явь. Заменить реальностью дерзкие мечты. Реку Неизбежности одолею вплавь, Вырвавшись из мира топкой суеты. Я хочу, мой милый, стоя на краю, Заслонить беспечностью трезвые слова. Предвкушаю глупости, плачу и пою, И от страха дышится мне едва-едва. Я хочу, любимый, поберечь твой рай, Запастись терпением на свою беду. Верю, что однажды утром невзначай На твою тропинку робко забреду. Оставайся Оставайся в своем мире тесном. Где нет сноса ласковым улыбкам, Где бываешь милым и любезным, Строя глазки птичкам, кискам, рыбкам. Где с тобой ужилось заблужденье, Что твой мир - основа мирозданья. Ты не хочешь даже на мгновенье Позабыть о знаках препинанья. Ты не хочешь стать дождем весенним И пролиться на мое окошко. Делишься с другими сокровенным, От меня свой мир храня сторожко. Оставайся и живи на всю катушку, И люби с безумством идиота. И закончи эту повестушку, На бегу целуя с разворота. Сталкиваю лбами... Сталкиваю лбами дни и ночи. Миксером мешаю ложь с молчаньем. Смысл теряю между нежных строчек. Промышляю уличным гаданьем. Становлюсь счастливой и порочной. Растекаюсь сумрачным туманом. Рана стала скважиной замочной. Только ключ потерян за барханом. Улыбаюсь вышитой улыбкой. Плачу карамельными слезами. Буду опрометчивой ошибкой С терпкими зелеными глазами. Руку протяни, даря надежду. В жизнь другую силой, на аркане Отведи меня, печалей между. Надоело балансировать на грани. Мне места мало... Мне места мало. Тесно в моем мире. Дышать тревожно. Головой в колени. А сердце душу, словно на буксире, Стянуло вниз, порхая по ступеням. У ног обрывки чьих-то белых перьев. Остатки крыльев? Может быть подушка? В моем мирке прижилось суеверье - Перо от Ангела - не безделушка. Его вонзить без страха меж лопаток, И если станет розовым от крови, Наутро на спине двух крыл зачаток Проклюнется, лишь не кричать от боли. Да, я стерплю, смогу не выть волчицей. Рожденье крыльев будет испытаньем. И улечу отсюда белой птицей, За сердцем глупым я начну скитанье... Решиться на глупость Решиться на глупость - не плёвое дело. С разбега о стену, с балкона о землю. Душе распрощаться с мешающим телом Легко, наверх путь открыт по тоннелю. Обратно сложнее, назад невозможно. И тут не поможет грехов отпущенье. Разбитое сердце не бьется истошно, Оно тихо ждет твоего возвращенья. Оно все простит, ни к чему не обяжет, От боли и страха лишь станет смелее. И только, быть может, морщинка проляжет. Любить без ума - что быть может глупее? Решайся на глупость - шагай в поднебесье! С разбега в объятья с безумством банкрота. Рискуй и теряй на лету равновесье. Я здесь, я стою на краю эшафота... По разорванным письмам По разорванным письмам, Спотыкаясь под взглядами, Пробираюсь осмысленно. Что смогла, перепрятала. Что посмела, встревожила. С кем хотела, растаяла. Засыпала порошею. Ливнем дробным буравила. По рифмованным мыслям, Захмелев от беспечности, Изогнусь коромыслом, Между крахом и вечностью. Чем смогу, тем прогневаю Доморощенных критиков. Сделать мат королевою - Не плохая политика! Люби меня по вторникам... Люби меня по вторникам, когда деваться некуда, Забудь про настроение, отдай всего себя! Пусть злость сметают дворники. Обиду мою пегую Разбей на междометия, ревнуя и любя! Люби меня по пятницам, когда вот-вот расстанемся, Ласкай меня немыслимо, секунды не теряй. Мои мечты-затворницы, как бабочки слетаются, Не оборви им крылышки, надежде доверяй. Люби меня закатами, люби покуда дышится, Весенними просветами, осеннею листвой. Под радостные возгласы, и если гром услышится. Любить меня так здорово! Ты только будь собой. Дай мне, милый, крылья... Дай мне, милый, крылья, отпусти на небо, В зорьке поплескаться, подышать туманом. Облаком взметнуться глупым и нелепым, И застыть улыбкой, розовым дурманом. Дай мне, милый, дождик - на ладонях слезы. Поцелуй за вредность, на дорожку - смех. Расставаться больно. Горе в малых дозах, Как лекарство, милый, только не для всех. Дай мне, милый, утро, не буди улыбкой, Сном хочу напиться, согрешить с рассветом. Затеряться дымкой невесомой, зыбкой, И вернуться стоном, песней недопетой. Дай мне расставанье, откажи от сердца, В памяти остаться, вздрогнуть от звонка. Онеметь от боли, и понять, что смертна, Подставляя крылья небу для броска. Дай мне, милый, ветер, отпусти в деревья, В ивах разрыдаться, флиртовать с каштаном. Прочитать березкам все свои творенья, И в тебе взорваться радужным фонтаном... День открытых Врат На воротах Рая - объявления: 'Перерыв', 'Ревизия', 'Ремонт', 'Карантин', 'Обед', 'Переселение', 'Бога нет' и 'Все ушли на фронт!' Прочитали, потоптались, скинулись. За спиртным отправили гонца. Дернули по сто, обратно двинулись, По пути чехвостили Творца. К адскому приперлись заведению, На воротах - вывеска огнем: 'День открытых врат! Конец смирению! Скидки! Погуляем и кирнем!' У ворот швейцар - козел облупленный, Раздает бесплатно косяки. И совсем не видно душ загубленных, И в котлах дымятся коньяки! Мы гудим - тела в реанимации, Не спешите оживлять, врачи! Позже защитите диссертации, Нам от Ада выданы ключи! Дальше плохо помню - затемнение. Вроде я кого-то... иль меня? Пьянки, кутежи и осквернения, Пляски голышом вокруг огня... Надоело. Измотались. Выдохлись. Мама, забери меня домой!!! Адской жизнью по кадык насытились, Бесовщиною и кутерьмой. Мы к воротам - там замки амбарные. Скалятся, ругаются, вопят На пороге черти дымогарные, Объявленья новые крепят. 'Презентация не вечна, милые! Просьба рассчитаться по счетам!' Адское отродье нас на вилы - и Распихало грешных по котлам. Так что я звоню из Преисподней вам - Сатана любезно разрешил. Вышлите комплект белья исподнего - Спрятать срам изношенной души... Она писала грустные стихи Она писала грустные стихи. Он прозу жизни на кулак мотал. Она прощала все его грехи. А он ее, как аспирин глотал. Она делила счастье на двоих, Поменьше выбрав для себя кусок. Не замечал он дел ее благих, Он для нее домашний был божок. Ей так хотелось чуточку огня, Немного ветра, капельку волны... И часто мыслями сама себя пьяня, Потом терзалась чувствами вины. Вы не корите строго так его, И осуждать ее, увы, не ваш удел. Она любила, только и всего. И от любви той шар земной звенел! Романтика? Милая женщина-девочка, тебе захотелось романтики. Чуткого принца на лошади, звона дуэльных рапир. Резвого алого паруса, звезд из-за края Галактики. Свечи на столике в спаленке, в спаленке в стиле Ампир. Сядем с тобой, покумекаем, так ли уж важно внимание, Все ли, что хочешь, сбывается, чем за все это платить? Часто ль победой кончаются кухонные восстания? Очень не прочная, тонкая, жизни обыденной нить... Ты не грусти, моя девочка, лучше прими откровение - Создана ты не для принца, не для шикарных квартир. Ты оглянись, пусть нечаянно сердце пронзит озарение, Рядом с тобой даже в сумерки лучше и красочней мир. В капельках слез отражаются все невозможные чаянья. Глупая нежная дурочка, ты береги то, что есть. Вслед за мечтой недозволенной тихо крадется раскаянье, Книгу Судьбы, как ни хочется, только с конца не прочесть! Боль отодвинем... Боль отодвинем в сторонку, Счастьем бокалы наполним, Мыслям безумным вдогонку Бросимся в томные волны. Выплеснем горечь потерь, Прочь отошлем подозренья, Выпьем без страха теперь Чашу любви и смиренья. Сердцем обиды простим, Прошлые вспомним заслуги. Может, чуть-чуть погрустим, Грея озябшие руки... Нежно дыханьем скользя, Мысленно сердца касаясь, Вверим друг другу себя, Жизни навечно сплетая. От нежности таю... От нежности таю бессмысленной тенью, Обставив запреты суровой цензуры. И боги, поддавшись немому прошенью, На время забыли свои перекуры... Они в полутьме прошептали наказы, Любить и страдать девять жизней подряд. Нести свои чувства, как ценные вазы, И жизнь отдавать за один только взгляд. Банальные фразы ложатся печатью На всю мою жизнь, на бумагу души. Боясь потревожить случайное счастье, Бросаю 'на счастье' в фонтаны гроши... Вот-вот задохнусь от безмерной истомы. Готова отдать на закланье себя, Послать все к чертям, и нарушив законы, В тебе раствориться, истошно любя. Кухонный монолог Подношу себя на блюде. Вам с горчицей или без? Надоело все до жути! Или лучше майонез? Может перец, соль, аджика? Можно с хлебом, с колбасой. Горсть гвоздики, базилика. Можно с терпкою айвой. Подношу уже полжизни. Видно, все-таки, судьба. При такой дороговизне Не наполнить погреба. Хоть бы разик мне бы кто-то На тарелочке с каймой Маленький кусочек торта Преподнес бы, боже мой. Вместо крема - откровенья, Не орехи - поцелуй. Точки соприкосновенья Шоколадом фаршируй. Только раз, не надо больше, Не привыкла к баловству, Мне подать себя извольте Словно жертву божеству!!! Ты меня отпусти Ты меня отпусти бумажным самолетиком в небо. Я вернусь, дотронусь только до тучи. Посмотрю, где начинается дождик и вернусь. Ты меня отпусти весенней льдинкой в ручей. Я вернусь, доплыву только до горизонта. Посмотрю, где начинается утро и вернусь. Ты меня отпусти седьмым лепестком по ветру. Я вернусь, облечу только вокруг Земли. Исполню твое самое заветное желание и вернусь... Не учи меня, милый, сомнениям... Не учи меня, милый, сомнениям. Сомневаться - плохая привычка. Не учи полуночным брожениям. Не журавль я - просто синичка. Не крылами тебя обнимаю я. Это руки безвольно поникшие. Я прошу лишь немного внимания, Прогоняя молчанье возникшее. Не учи меня, милый, забвению. Я забуду сама постепенно Все твои и мои заблуждения. Я любовь приняла внутривенно. Я присела на краешке облака. Только сердце закроешь намеренно, Озадачив всех метеорологов, На траву снегом лягу немедленно. Не учи меня, милый, терпению. Терпеливость дана мне природой. Я решу все твои уравнения. За ответы плачу я свободой. Я войду в твою клетку безропотно. По душе мне такое решение. 'Я люблю тебя!' - крикну шепотом. Только эхо звучит в утешение... Ты ничего мне не должен Жду, хоть и знаю, напрасно, Ты мне любовь не подаришь. Сердце со мной не согласно Бьется в греховном угаре, Истово, словно безбожник Шепчет молитву в экстазе: 'Ты ничего мне не должен! Ты мне ничем не обязан!' Отрекаюсь Отрекаюсь, сдаю позиции, Отползаю, корчась в агонии. Довела себя до кондиции, Заплутала я в межсезонии. В небо - руки, колени сломлены. Слезы - солью на душу рваную. С полным перечнем ознакомлены, Вы на тризну мою незваные. Злостью выплесну ожидания, Боль с цепи отпущу с истерикой. Запоздалые понимания - Листья павшие в милых сквериках. Отмените по мне рыдания. Оглянитесь, впадая в прошлое. Заплатила за вычитания, За свое поведенье пошлое. Я прощаю вам стыд непрошенный, И молчанье, порой, двуликое. Мне простите мою восторженность, Мое счастье невинно-дикое...... Раскатами боли... Раскатами боли немыслимой, Забвением, страхом остаточным, Из армии жизни отчислена. Ее для меня предостаточно. Нарушив уставы намеренно, Плевав на законы зажатые, В обозе тоски неуверенно Плетусь, от любви слеповатая. Под плетью молчания съёжившись, Под дулами сплетен безжалостных, Из жизни твоей уничтожившись, Себе не доставлю я радостей. Приму эту боль, как спасение. Прикроюсь забвением будничным Я верю, мое воскресение Наступит с печалью полуночной. Не бывает Не бывает меня без тебя. Ты поверь и впусти меня в душу. Во все трубы нещадно трубя, На тебя свое счастье обрушу. Не бывает меня без тебя. Это просто и сложно до боли. Запинаясь по острым камням, Не покинуть той сладкой неволи. Не бывает меня без тебя. Так сложилось, к чему порицанье? Я хочу подарить февралям Моих чувств и надежд отрицанье. Не бывает меня без тебя. В снах томительных вижу улыбку. Свои грезы несу алтарям По поверхности топкой и зыбкой. Не бывает меня без тебя. Принимай это как наважденье. Ты попался. Моя западня Для тебя словно вознагражденье! Я тебя собой наполню... Я тебя собой наполню до края. Только кажется тебе, что я играю. Обо мне твои мысли так редки. Не берешь меня с собою в разведку. Не скучаешь обо мне в час заката. И любовь моя тебе горьковата. Прогоняешь из своих сновидений, Не дождусь я от тебя откровений. Я как птица бьюсь в окно безответно. Без билета в твою жизнь незаметно Прокрадусь, своей любовью больная... Я тебя собой наполню до края... Лишняя строка... Выпью чашку чая, проглочу обиду. Вовсе я не злая, это все для виду. Вовсе не красива и не так умна. Чуточку плаксива, чуточку грешна. Мне немного страшно и немного жаль. И совсем не важно где моя мораль. Никому не нужно видеть сны мои. 'Применять наружно, только по любви! Очень осторожно, не мешать, не ждать! Если это сложно, то не принимать!' Выпью чашку чая, и махну рукой. Ты меня считаешь лишнею строкой... Разрываю сон Разрываю сон на части. Раздаю кусочки боли. Тяжело дается счастье, Но легко дается горе. Забываю обещанья. С головой бросаюсь в прорубь. Очень ветрены желанья. Сердце бьется, словно голубь. Отпускаю птицу-ревность, Прогоняю прочь из клетки. Тяжело дается верность Для девчонки-сердцеедки. Поменяю нимб на разум И отдам бесплатно скупость. Не хочу жить по заказу. Тяжело дается мудрость... Спрячу тайну Свою тайну спрячу от себя, Чтоб самой себе не проболтаться, Чтобы даже думать не могла К ней губами, сердцем прикасаться. Схороню ее на дне морском. Пусть рыбешки охраняют тайну. Море пусть припорошит песком, Чтобы не увидел глаз случайный. Спрячу тайну в небе, в облаках. Пусть проказник-дождик спозаранку Разгоняет любопытных птах, Для которых тайна, как приманка. Закопаю тайну в белый снег. Замету следы метелью шустрой. Короток весной у снега век, Потечет водой, как это грустно. Свою тайну спрячу я в тебе. Лучше тайника мне и не надо. Не печалься, милый, не робей! А любовь? Я так даю, в награду! Мне тебя послало море... Мне тебя послало море, Выплеснув на берег лунный. Стон волны печальный, шумный, Расплескал тревогу вскоре. Мне тебя послало солнце Теплым зайчиком в ладошку. Воробьям кидала крошки, Распахнув души оконца. Мне тебя послало утро Сном беспечным и реальным. Как Алиса в Зазеркалье, Заблудилась в счастье будто. Мне тебя послало небо Легким дождиком на плечи... Не сложилось слово 'вечность'... Никогда со мной ты не был... Я ворвалась в тебя Я ворвалась в тебя рыжей птицей, Оглушила совсем, сбила с толку, Разметала крылами страницы, Стекла все превратила в осколки. Я ворвалась в тебя белой вьюгой, ЗапуржИла, с дороги свернула. Я хотела стать нежной подругой, Но реальность на место вернула. Я ворвалась в тебя расставаньем. Не судьба оказалась быть рядом. Я ворвалась в тебя ожиданьем. Буду ждать, если это так надо!.. Белый Ангел Белый ангел в петле на веревке, Мертвый ангел со сломанной шеей. Словно кто-то в жестокой издевке, Ничего не придумал умнее... Словно кто-то прискорбно жестокий Расписался в бессилии рока. Крылья белые пали убого, В бесконечность прервалась дорога. Похотливость убила невинность, Перепутались злоба и жалость, От любви лишь осталась терпимость, Состраданье на части распалось. Изнанка дня... Изнанка дня, изнанка жизни, Другая сторона Луны... Второе 'я', ночные мысли, Судьбы удары так точны. Ты просишь небо, умоляешь, Подушка мокрая от слез. И лишь под утро засыпаешь Под монотонный стук колес. Ты понимаешь очень поздно, Что будет так, как суждено. Но умирают утром звезды И все, что можно, сожжено... Белый город Белый город за серой стеной Убаюкался в сонной печали. От Луны вязкий след голубой С темной речкой сегодня венчали. Эта свадьба была без гостей. Лишь свидетели - ночь и разлука. Пламя белых венчальных свечей И вселенская мерзлая скука. Ты одна, жизнь идет стороной, У тебя только грусть и простуда. Заплатила высокой ценой, Так иди, не сбиваясь с маршрута! Поздравьте меня! Поздравьте меня! Я устала бороться. В огонь полусонный укутала лица, И плюнула смачно в утробу колодца. Надеюсь, не будет нужды мне напиться. Поправьте меня, если я ошибаюсь. По острому льду раздираю колени. К началу судьбы от конца возвращаюсь. Ломаю забор из утрат и волнений. Забудьте меня, мне уже не поможешь! Фортуне в лицо рассмеялась, шальная. Узлы разрубила, назад не завяжешь. И гордая сделанным, вышла из рая! Солдаты Сквозь потерянные даты Прошлое глядит устало. Вы боролись, вы солдаты, Этой жизни было мало. Вы вершили судьбы мира. Шар земной на крест распяли. Вы солдаты, командиры, Вы боролись, вы устали. Сквозь забытые страницы Просочится боль столетий. Поворачивайте лица, Перед вами - ваши дети. Отрекитесь от мундиров, Перекуйте меч в орало. Время рыцарских турниров Для детей теперь настало... Не сердись! Не сердись! Все будет в прошлом. И мои капризы сгинут, Утонув в печали пошлой, За комод ее задвинув. Босиком Пробегусь по закоулкам На обед оставлю трешку, На бегу кусая булку Волоку тебя в киношку. Помолчим. В темноте срывая робость. Поцелуемся без злости На ходу влетая в пропасть, Два 'зеро' покажут кости. А потом Отодвинем прочь злословье, На краю толпы несчастной Захлебнемся мы любовью Нескончаемой и страстной. Мы Мы пытались, пытались, серьезно! В гору шли, несмотря на одышку. Подставляли ладони под звезды, Про героев читали мы книжки. Мы старались казаться взрослее. Мы не прятали нос в одеяло. Мы любили отчаянней, злее. Этой жизни для нас было мало. Не боялись мы делать ошибки. Все теряли, но вновь возрождались. Из-под слез появлялись улыбки. Из-под снега цветы пробивались. А сегодня мы смотрим устало На шагающих в гору мальчишек. Нам тепло под своим одеялом, Не читаем мы больше книжек. Не пытаемся мы. Выживаем. Чай на завтрак и булка с повидлом. Баня в пятницу. Сытно рыгаем. Потихоньку становимся быдлом... Теперь Теперь. Проверь. Очнись. Забудь, все пошло. Молчи. Пойми. Уйди. Вернись и будь всегда. В окне. В ночи. В ладонях, в жизни прошлой. На стебельке цветка. На капельке росы. Одна. На солнечном лице оставь следы от поцелуя. По крышам пробегись, забыв про всех и вся. И отразись в глазах, забытой быть рискуя. И воспари в его мечтах сейчас и навсегда. Потом. Письмом. Расскажешь то, что будет. Кричи. Не верь. Ворвись в него, как ураган. И пусть пока твой путь не очень труден, Тебе он по плечу, по смыслу, по ногам. Продолжаю жить Наполняясь пустотою, Корчась в судорогах боли, Я под серою плитою Продолжаю жить по роли. Напиваясь глухотою, Морщась в сумерках обиды, Обрастая клеветою, Жду с надеждой панихиды. Оглядываюсь назад Оглядываюсь назад молча. Безысходность давит на плечи. У прошлого морда волчья, И только глаза - человечьи. Загадываю жить вечно. От прошлого закрываюсь дверью. У будущего шкура овечья. В неизбежность конца не верю! В безупречности... В безупречности купаться, разбиваясь о камни надежности. Добротой своей упиваться, не заботясь о ложной скромности. Отставать от толпы, бестолково бегущей по краю вечности. Оглянуться назад и поджечь все мосты показной человечности. Не пытаться уйти от себя, затянувши ремни безопасности. Не завидовать тем, кто сумел подвести под себя ложе гласности. Не таскать за собой в новый день все заботы и беды вчерашние. Не стараться приклеить назад на деревья все листочки опавшие. Так и живем... 1 Отпустите, боль под ногти. Быть не может! Хватит! Вопли... Крест, могила, холм примятый. Отпустите! Голос ватный... Отпустите! Хрип из глотки. Пьяный сторож хлещет водку. Притомилась. Через силу Убаюкала могила... 2 Разойдитесь, вилы в боки. Пропустите! Вся намокла. Где мой крест, моя могила? Это ад? Ну что же, мило... Отвернитесь, я оденусь. Эй, куда вы через стену? Где котлы и сковородки? Черт косматый хлещет водку... 3 Истерзали, отпустили, Сто веков, как день проплыли. Новый путь, душа, дорога... Человеком или богом? От рожденья до упадка, Костыли или кроватка? Вверх ногами, рот кричащий, Человечек настоящий. Страх рожденья, хрип из глотки. Акушерка хлещет водку... Я ваш город Я, как вы, я умею мечтать в темноте, Мы похожи, но только я старше немного, И как вы, убежден я в своей правоте. Хоть иду я всегда только вашей дорогой. Я, как вы, умываюсь наивным дождем, Задыхаюсь в автобусах на перекрестках. Я для вас растекаюсь прозрачным ручьем Я для вас и глубокий старик и подросток. Я, как вы, босоногим несусь пацаном, Распиваю портвейн на троих в подворотне Вас встречаю безумно-счастливым отцом. Закрываю глаза вам в последней заботе. Обо мне вспоминаете только вдали И ко мне возвращаетесь в миг озарений. Я укрою вас пологом новой зари Я ваш город, ваш дом, ваш приют поколений... На столе... На столе, как на душе, одиночества стакан Через край, как через жизнь горе плещется На лице, как на стекле, маска боли от тех ран, Что и через сотни лет все мерещатся. Я в душе, как в тайнике, прячу нежные слова, В этой жизни мне они без потребности. А на озере из слез высоченная волна. И спускаюсь я на ней в море грешности. Живу за оградой... Живу за оградой своих ожиданий. Терзаюсь в наручниках строгих законов. Мечусь в исполнении странных желаний. Бросаюсь под поезд из чьих-то вагонов. Ослепла от ярости чуждых сражений. Охрипла от лозунгов лживых пророков. Шатаюсь от гнета других поколений. Прошу 'Христа ради' у чьих-то порогов. Рисую портреты каких-то знакомых. Копаю могилы для пошлых творений. Пою серенады под старым балконом. Сползаю от нежности с чьих-то коленей. Свечу зажигаю под мудрой иконой. Усталому лику шепчу через силу: 'О, Боже, пусть буду я белой вороной! Но только бы небо под крыльями было!' Отпусти В возникшем одиночестве ты рад Закрыть глаза и стать самим собою, Не чувствовать опасности утрат, В забвенье окунуться с головою. Забыть на время где порог, где бог, Растаять в дымке, возродиться снова, И рифмовать банальности ты мог, И гениальное добавить слово. Отпусти, ты слышишь, себя отпусти, Разорви скорее кричащую боль, Одиноким волком себя не зови, Одиночеством ты не заменишь любовь. Так шумно, тесно мыслям в голове, Что кажется, ты сам себя теряешь, И снова возвращаешься к себе, И машинально глупости считаешь. Исчезли двери в мир былой любви, И вместо них стена - стена молчанья. И вместо солнца только фонари Твое подсветят разочарованье. Отпусти, ты слышишь, себя отпусти, Разорви скорее кричащую боль, Одиноким волком себя не зови, Одиночеством ты не заменишь любовь В пустом квадрате В пустом квадрате серой суеты Топчусь одна, чего-то ожидая. Вокруг меня проносятся мечты, Часы, дела и даже птичья стая. Вокруг меня молчат неутомимо, Кричат, поют и кто-то пиво пьет, Рождаются, тоскуют, умирают, А кто-то просто по делам идет. А я как тень, отставшая от света, Не понимаю, где восток, где юг, Где ожидают от меня ответа, А где мне попросту, лицо набьют? В пустом квадрате серой суеты Мне воздуха почти что не хватает. Но выбор сделан, сожжены мосты. Возьми меня с собою, птичья стая! Ни улыбкой... Ни улыбкой, ни слезами, Ни разорванной душою, Ни словами-тормозами, Ни рукой, ни головою, Удержать, пуская в небо, Отпустить, на цепь сажая, И не пробуй, и не требуй, Мне к лицу война такая. Я воюю не с тобою, Проку с этого не много. Я от счастья волком вою. Я хвостом мету дорогу. Я от горя - камнем в омут И к русалкам на веселье. Защекочут, не помогут. Что мне горе, что похмелье. Растворюсь, уйду со снегом, Зашумлю ручьем весенним. Стану я прошедшим веком, Позабытым воскресеньем... Исчезали... Исчезали, сгорая в банальности, Никому не нужные сложности. Связки рвались от низкой тональности, Глохло сердце от невозможности. Исчезали, растаяв от нежности, Все упреки, ставшие лишними. Отодвинув назад неизбежности, Ощущали себя мы Всевышними. Окунались в туманы неспешности, Омывались росой терпеливости, И себе мы прощали погрешности, Прегрешения, лень, неправдивости. Возвращались, согнувшись от тяжести, Нагрузившись ненужными спорами, Раздувались от собственной важности, Закрывались глухими заборами. Холодели от мысли непрошенной, То, что жизнь коротка, к сожалению, Не собрать уже годы-горошины, Не сорвать прилипалы-сомнения... Посвящается всем мужьям, оставленным дома... Стреляешь сигареты у пацанов в подъезде. Смердит кастрюля с супом - жена в отъезде. Постель не расстилаешь, бычки купаешь в чае, Будильник проклинаешь за его молчанье. Забывшись, произносишь: 'А что у нас на ужин?" И, вздрогнув, ощущаешь, что никому не нужен... Свое дыханье... Свое дыханье обращу я в шелест ночи. Свои желанья растворю на дне стакана. Мыслишек горсть рассею между прочим, Пусть прорастают плесенью обмана. Свои сомнения пошлю куда не надо. Своим богам раскрашу по иконе. Своих чертей я выпущу из ада. Свою печаль повешу на балконе. Своим врагам воздам я благодарность. Друзей не потревожу даже взглядом. Мне надоело соблюдать полярность, Я не хочу остаться где-то рядом. Я не хочу метаться скользкой рыбкой. Я не хочу о время разбиваться. Без рук по лестнице шагая зыбкой, Все вновь и вновь из пепла возрождаться. И уносясь в забвенье легким стоном, Душой за край пытаюсь удержаться. Но ускользая с ужасом бездонным, Из клетки жизни продолжаю рваться... МЫСЛИ ОДИНОКОГО МУЖА, СИДЯЩЕГО НА ДИВАНЕ, В ТО ВРЕМЯ КАК ЖЕНА НА ПОЛЧАСА ПРИСЕЛА К КОМПЬЮТЕРУ. Вот она - сидит ко мне спиною. Вроде тут, потрогать даже можно. На вопрос ответит односложно Или покачает головою. Где она сейчас на самом деле? Где угодно, только не со мною. Сам себе посуду я помою, Сам себе я ужин разогрею. У нее великие проблемы - Кубики в стакан сложить плотнее, Дьявола пристукнуть поскорее И коннект дождаться от модема. Глупый я - открыл ей виртуальность, Научил компьютерному делу, Сам себе урезал "доступ к телу", Получил печальную реальность. Молитва Да святится имя твое. Шепчут губы мои в ночи. Да святится имя твое. Мое сердце в груди стучит. Пусть обходят тебя стороной Все невзгоды и все печали. Да святится имя твое. Мои губы тебе шептали. Да святится имя твое. Слышишь, как я тебе кричу? Да святится имя твое. Быть с тобою всегда хочу. Слышишь, ради тебя - на все! В бездну я, не моргнув, шагну. Да святится имя твое. Больше жизни тебя люблю. Все, что хочешь, тебе отдам. Если надо, и жизнь бери. Что мне жизнь, если рядом ты? А взамен мне любовь дари. Пусть сопутствует радость тебе, А беда пусть уйдет стороной. Свет в твоей пусть горит душе. Да святится имя твое. Да святится имя твое... Хоронили меня... Хоронили меня двое - Только смерть моя и я. Смерть стояла в изголовье, Нервно саван теребя. Шмыгала сопливо носом, Слёзы тёрла рукавом, Оплывала жёлтым воском С догоревшим фитильком. Мне шептала отрешённо: - Потерпи ещё чуть-чуть, Скоро станет завершённым Твой земной обычный путь. Скоро станет легким тело И бездумной голова, Скоро ты шагнёшь несмело На небесные луга. Монолог Входной Двери Встречала Вас не по одежке, Себя распахивая настежь, Преподносила на ладошке Свои отчаянные страсти. Мечтала вслед лететь за Вами, Догнать и оглушить любовью. Но только стекла дребезжали И больно хлопали Вы мною. Вы жали руку каждый день мне, Перчаток, правда, не снимая. А я вздыхала с сожаленьем. Вы вздох за скрипы принимали. Но вот сегодня все свершилось, Упала в Ваши я объятья! От счастья разума лишилась!...Вы не могли б меня поднять, а? Он и Она Он её называл "змеёй". Она жалила его и уползала под камень. Он плакал и умирал. Она называла его "бараном". Он разбегался, тщетно надеясь её забодать, Но она уползала под камень, А он разбивал вдребезги новые ворота. Он называл ее "птичкой". Она гадила ему в душу и улетала на юга. Она его называла "котиком". Он метил её туфли, чтобы отпугивать других котов. Когда они ушли из жизни друг друга, они поняли, Что осталось очень мало времени... Почти не осталось... Истина чужая Вдалбливая, вдавливая, в клочья разрывая, Плачущие сумерки сумрачного края. Как пришла, непрошено, так ушла, не зная, Сердце отгорожено от чумного лая. Сравнивая, стравливая, в голос завывая, Как коты на лестнице в середине мая, Тело расцарапала, душу вынимая, На краю распятия призрачная стая. Убегай, не скроешься, сам себя теряя, Неживые призраки неживого рая, В середине вечности болью обрастая Катится-торопится истина чужая... Я стану Я стану когда-нибудь небом... Прижмусь щекой к горизонту, сольюсь с морем... Буду гладить макушки деревьев, Отражаться в любимых глазах. Я стану когда-нибудь ветром... Буду подбрасывать в небо птиц, Играть с облаками в салки, Шептаться с березами, Сливаться с дыханием любимого. Я стану когда-нибудь дождем... Нарисую огромные лужи на асфальте, Что бы в них отразилось небо, Что бы ветер пускал в них кораблики из листьев... Стану дождем, что бы с ним слились мои слезы. Плач утомленного Паладина Дождь идет. Мне холодно, обидно, Меч тяжелый руку отрывает, Из-под шлема ни черта не видно И блоха под латами кусает. Мне б за стойкой посидеть у Атмы В городке уютном Лут Голейне. Выпить было бы пивка приятно И покувыркаться с ней на сене. Или клевую девчонку Чарси В лагере Бродяг чуток потискать. Я же в этом долбанном Курасте В джунглях Живодера должен рыскать. А хозяйке-то моей неймется, Мне упорно level поднимает, Подбирает все, что попадется, А потом все бабки проиграет. Поменяться б с нею мне ролями, Уж тогда бы я бы отыгрался - С Родаментом запер бы в подвале, Ну а сам с подружкой потрепался. Эх... Мечтаю, видно, я напрасно, Никогда мечте моей не сбыться. Должен снова в проклятом Курасте С пауками, идолами биться... Я финансово фригидна! Я финансово бесплодна! Для финансов я погибла! От финансов я свободна! Память народная дремлет, похоже, Память длиною в одно поколение. Помним плохое, не помним хорошее. В зеркале времени лишь искажения... Служу Отечеству! Зовут по отчеству! А делать нечего... И кушать хочется... Одинокий рокер Пронизываю тьму своею фарою. "Харлей" урчит, он доверяет мне. Всегда одет в свою "косуху" старую, Небрит, нечесан, череп на спине. Дорога извивается, как женщина. Кромсаю ночь, на части ее рву. Мне было в жизни много так обещано, Что все принять я просто не смогу. Я не могу позволить быть любимым, Иметь свой дом, работу и жену. И просыпаться утречком дождливым Всегда в одной кровати не могу. Не верю я ни в бога, ни в спасителя, Я сам себе и бог и даже черт. Моя дорога - вот моя религия И все ее заветы я прочел. Я измеряю время расстоянием, Уже сто тысяч километров мне. Я обречен на вечные скитания, Всегда один, как ветер в голове. И пусть всегда в толпе таких же рокеров, Веселых, шумных, дружеских, родных, Но, все-таки, тоскливо, одиноко мне И хочется дороги для двоих... Два крыла У меня есть два крыла - черное и красное. Под ними, словно тени - настроения. Чередуются, смешиваются, как хотят. Из веселья получается сомнение, Из тоски - легкое разочарование, Из болезненного самоуничижения - самолюбование... У меня есть два лица - на будни и на праздники. Но очень часто тени заслоняют мои лица. И тогда я не в силах понять, что мне делать - Плакать или смеяться... Я размахиваю крыльями не для того, что бы взлететь, Я разгоняю тени... У меня есть две души - добрая и злая. Они часто ссорятся друг с другом, обзываются, Им все равно, что между ними бьется бедное мое сердце. Они его не замечают... И тут не помогут ни крылья, ни крепкие дверцы. Флаги Разорванные флаги не сшивают, Не штопают прострелянные дыры. С них гарь и кровь, и порох не смывают, Их берегут у сердца командиры. Разорванные флаги, словно души Солдат, что не вернулись с поля боя. В музейной тишине ты их послушай, Частичку горя унесешь с собою. Несут их в авангарде на парадах И ветер перед ними затихает, Пацан в бейсболке и старик в наградах В молчанье скорбным взглядом провожают. И даже в чистоте музейных залов Их раны никогда не заживают. Они водили в бой не ради славы... Разорванные флаги не сшивают... Подвальное окно Оно было такое важное, Оно было такое гордое, От дождя оно было влажное, А от пыли почти что черное. Оно видело мир одним глазом, А второй заколочен фанерой. Не любило оно ни разу, Никому не служило примером. Ну а нас оно мнило уродами - Только ноги и то, что чуть выше. Удивлялося нашей природою, Никогда не видело крыши. А детей оно всех ненавидело, Глаз один из-за них фанерный. В них одних хулиганов видело И при этом ругалось скверно. А себя называло центром Мирового всего создания. Шириною почти полметра, Ну а гонору - выше здания. И однажды такое случилося, Просто ужас и дрожь по коже, Чей-то пес на него помочился, Вот бы врезать ему по роже! А потом и того печальнее, Пионэры пришли с футболами, И мячом прямо в глаз впечатали, Оказалось окно расколото... Вот и мы иногда, случается, Смотрим только чуть ниже пояса, А потом очень так удивляемся, Что уже не догнать нам поезда... Прости меня... Прости меня, мне грустно, больно, страшно. Прости за то, что снова я живой. Прости за то, что снова день вчерашний, Что не могу расстаться я с тобой. Что снова улыбаюсь я, как прежде, Беру гитару, пробую струну, Откидываю белые одежды, Ныряю в набежавшую волну. Прости меня, уйти я не сумею. Гони меня, гони скорее прочь. Как жалко, что тебя я не согрею, С собой меня крылом поманит ночь. В холодной пустоте один метаюсь. Я на цепи, как пес Полкан, сижу. В который раз опять с цепи срываюсь, В который раз опять к тебе спешу... Глупость (читая Э.Т.А.Гофмана) Не бросай, брат, меня, это я, За тобой волокусь я повсюду. Воплощенная глупость твоя, Выручаю твой бедный рассудок. Признаешь это ты или нет, Лишь со мной обретаешь спасенье. А рассудок твой жалок и слеп И шатается словно деревья. Только в обществе глупости он Твердость, силу в ногах обретает, Беспробудный бросает свой сон, Если глупость его обнимает. Воплощенная глупость твоя Указует тебе верный путь, Возвращает в родные края... Не бросай, брат, меня, не забудь... К твоему лицу... К твоему лицу, любимый, Прикасаюсь листопадом... Только ветер шаловливый Не дает побыть нам рядом. На твое, любимый, сердце Белым снегом опадаю... Но открыта в сердце дверца, От тепла я, милый, таю. Я подснежником беспечным Зацвету в твоих ладонях... Жаль, цветы не долговечны, Увядают, только тронь их. Летней утренней росою Я твои омою ноги... Чтоб остался ты со мною, Позабыл бы про дороги. Опущусь... Опущусь в беспросветную бездну, Позабуду свое даже имя. Не просите меня, не воскресну. Не хочу я жить словно рабыня. Не хочу притворяться улыбкой, Растекаться в угодливой позе, Строить дом на поверхности зыбкой, Собирая в ладони слезы. Обо мне говорите погромче, У виска потирайте пальцем, Но душа моя все же хохочет И кружится в неведомом танце... Ты взглядом можешь... Ты взглядом можешь растопить металл. Тебе опасно в руки попадаться. Такую очень долго я искал, Но лучше все-таки с тобою не встречаться. По углям ходишь, словно по траве, Спишь на морозе в гамаке под елкой. Такую долго я искал себе, Но лучше обойду тебя сторонкой. Энергии твоей хватило бы на то, Чтобы отапливать Аляску и Курилы. Хоть экономишь ты зимою на пальто, Но летом все спускаешь на пломбиры. Любить тебя - гореть живьем в огне, По ветру горсткой пепла рассыпаться. Огнетушитель больно бьется по спине Когда с тобой пытаюсь я расстаться. За нами... За нами чужими глазами следят фонари. Карманы чужими руками нам вывернет ночь. Чужим поцелуем разбудит нас холод зари. Своими ногами упрямо уходим мы прочь. Там, где-то, устав от рассвета, войдем в тишину. В молчанье прижмемся плечами плотнее друг к другу. И пусть предлагают сто жизней за нашу одну, Не выпустить душу из вечного этого круга. Улыбка лунная... Улыбка лунная тайком земли коснулась И разлилась неведомым созвучьем. И ветка вдруг без ветра шелохнулась. Сияньем лунным растворило тучи. Стою в ночи, и глаз поднять не смею, Боюсь дышать, стук сердца унимаю. И непонятно от чего робею. И непонятно от чего страдаю... Закрывая глаза... Закрывая глаза - я не вижу тьмы. Затыкая уши - я слышу шум. Уходя в себя - я иду к тебе. Забывая боль - я огнем дышу. Как смола течет горький сок земли. Как пустая ложь все слова мои. Не вникая в смысл - об одном кричу. И не слыша крик - в тишину лечу. Уносясь стрелой - на цепи сижу. Ненавидя все - больше всех люблю. Прогоняя прочь - я сливаюсь с ним. И хочу я быть только с ним одним... Тихий Ангел Тихий ангел пролетел между нами. Развернулась тишина шёлком. За старинными стенными часами Спрятал скрипочку сверчок в щёлку. Загрустил, присел на лавочку вечер, Размечтался о своем, позднем, Шаль закатную набросил на плечи, Застил небо полотном звёздным... Тихий ангел притомился в дороге, Лёгкой дрёмой заплело крылья. Не буди его, поспит пусть немного, Все придуманное станет былью...

Связаться с программистом сайта.

Сайт - "Художники".. ||.. Доска об'явлений "Книги"


Источник: http://samlib.ru/r/ryzhenko_a_b/allaryzhenko.shtml




Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]


Поздравление любимого с днем рождения с своими словами Задачи международного конкурса кенгуру 5 6 класс ответы

А хочешь подарю тебе звезду которая зажглась в зените А хочешь, подарю тебе звезду? - Журнал - Город Каргополь
А хочешь подарю тебе звезду которая зажглась в зените Лирика Записи в рубрике лирика Дневник mevara : LiveInternet
А хочешь подарю тебе звезду которая зажглась в зените ArtOfWar. Орлов Сергей Борисович. Роман в стихах
А хочешь подарю тебе звезду которая зажглась в зените Песня двоих (Маргарита Бородина) / Стихи. ру
А хочешь подарю тебе звезду которая зажглась в зените Дневник lagrima_UA weather90319 : LiveInternet - Российский
А хочешь подарю тебе звезду которая зажглась в зените Рыженко Алла Борисовна. Люблю до жизни!
А хочешь подарю тебе звезду которая зажглась в зените Анна Ахматова Ты выдумал меня. - Cтихи
Эдуард Аркадьевич Асадов. Избраное Великие стихи Великих поэтов Марк Шварц. Димкина ракета Февраль. И плакать: leninka_ru Айседора Дункан: humus 27 сентября 2016 Воздвижение Честного и Животворящего Креста Господня ВОЗДУШНАЯ ПОДДЕРЖКА БЕЗОПАСНОСТИ Драгоценные подарки Пушкину - Академия Подарка